Николай Стариков
политик, писатель, общественный деятель
Как женщины служат в спецназе армии России
Как женщины служат в спецназе армии России
Источник: www.aif.ru
Корреспондент АиФ.ru накануне 8 марта побывал в соединении специального назначения Южного военного округа России и узнал, как служат прекрасные дамы в элитных войсках страны.
«Стреляю на „хорошо«!»
У многих стереотип о службе девушки в армии сложился по американскому боевику «Солдат Джейн». В фильме лейтенант Джордан О`Нил наравне с мужчинами старалась пройти все круги обучения и попасть в спецподразделение особого назначения, ни в чём не уступая здоровенным мужикам. Своеобразный получился герой: Джейн побрилась налысо, отказалась от макияжа, и под конец картины такое впечатление складывалось, что она была уже не девушкой, а кем-то другой или другим…
Побывав в бригаде спецназа России, я сделал вывод: русская женщина-военный кардинально отличается от американской героини фильма. Главные жизненные приоритеты для россиянок в погонах — это дети и семья, а не карьера или желание стать наравне с сильным полом. Да и большинство милых дам связали свою жизнь с армией только лишь потому, что муж — военный.
Девушки в подразделении спецназа работают связистами и медиками. Фото: АиФ/ Виталий Колбасин
Рабочий день в боевом подразделении начинается с построения на плацу. Идёт перекличка. Далее — развод на занятия. У девушек сегодня тренировка по воздушно-десантной подготовке (ВДП), поэтому они в полном обмундировании: с автоматами и большим вещмешком за спиной. Все без исключения — с аккуратным макияжем и маникюром.
На вопрос о том, что это за войска, гвардии сержант Елена Лемешко отвечает с улыбкой: «Спецназ!» Продолжаю разговор: «Так вы, значит, приёмы рукопашного боя знаете, стреляете, наверное, „в яблочко«?» Ответ получается метким и разоружающим: «Я недавно из декрета вышла по уходу за ребёнком. У меня старшей дочери 18 лет, а сыну три года!» Елена добавляет: «А стреляю я на „хорошо« и имею 43 прыжка с парашютом».
В спецназе всего 5% женщин-военных от общего состава подразделения. Фото: АиФ/ Виталий Колбасин
«Вещмешок — тяжелее ребёнка!»
Елена Лемешко — потомственная военная. Отец её — летчик-испытатель, сама она уже 15 лет служит в вооруженных силах. «Военная служба — это осознанный выбор. Не сказать, что я об этом мечтала, но со временем так получилось. Сначала работала в МЧС, потом перешла сюда. Многие скажут, что не женское это дело, но мне нравится: интересно и достойный заработок. Сюда в основном приходят жёны либо дети военных. Мы ходим на работу, как и женщины на гражданке, а вечером возвращаемся домой в семью», — поясняет она.
Елена Лемешко недавно вышла из декрета по уходу за ребёнком, но уже 43 раза прыгала с парашютом. Фото: АиФ/ Виталий Колбасин
Муж у Елены, как и у большинства стоящих на плацу девчонок, — военный.
Прыгать с парашютом гвардии сержанту страшно, она этого и не скрывает. «Хоть первый прыжок, хоть нет, всегда страшно», — говорит она.
На плацу девушки ждут указаний командира. Спрашиваю у них: «Сколько весит мешок за плечами, не тяжело ли?» Одна дама с серёжками в ушах и косичкой быстро реагирует: «Конечно, тяжело. Тяжелее ребёнка весит. В мешке средства защиты, ОЗК, личные вещи, кружка, ложка…»
Есть в подразделении и многодетные мамы. Среди них контрактницы Елена Новикова и Олеся Пискарёва.
На занятии по воздушно-десантной подготовке. Фото: АиФ/ Виталий Колбасин
Заместитель командира войсковой части бригады, гвардии полковник Владимир Серёгин, похоже, не испытывает никакой жалости к мёрзнущим на плацу дамам. «Военнослужащие женщины в нашем подразделении проходят службу по контракту на должностях офицеров, прапорщиков, солдат, служат радиотелеграфистами, медицинскими работниками. Они наравне с мужчинами выполняют всю военную службу добросовестно, честно, порядочно. Огромное им спасибо, — говорит офицер, в советское время его должность называлась «замполит». — К женщинам-военнослужащим предъявляют такие же требования, как и к мужчинам, но в нужный момент мы им подставим плечо: они ведь идут с нами в одном строю!»
Практические занятия по укладке парашюта. Фото: АиФ/ Виталий Колбасин
Дослужиться до подполковника
Наконец-то звучит команда, и девушки идут на тренажёр «Стапели подвесных систем». Это такой комплекс, где проводят занятия по имитации прыжка с парашютом.
Дамы вешают на спину настоящий парашют. Инструктор воздушно-десантной подготовки дотошно проверяет обмундирование: «Почему шнурок здесь развязан?» Девушка мило улыбается: «Знала, но забыла!» Инструктор сурово поясняет: «Мы их готовим к боевым действиям, а будут ли они участвовать в них, зависит от конкретных обстоятельств».
Мужчины в армии всегда помогут женщине на учениях. Фото: АиФ/ Виталий Колбасин
Когда приходит время забраться на подмостки тренажёра, то одна девушка просит: «Ой, а кто меня подвесит? Я маленькая — не достаю!» Другая контрактница радостно восклицает: «А мне места не хватило — какая красота!»
Офицеры хоть и утверждают, что для них разницы нет, кто перед ними, — женщина или мужчина — но это, конечно, неправда.
Мужчина, даже с самыми высокими погонами, будет всегда оставаться мужчиной, тем более — перед такими храбрыми и ухоженными красавицами. Вот и инструктор увлекается: завязывает, подвешивает, подтягивает, словно опытный тренер в фитнес-зале с начинающей спортсменкой.
Для Элины главное — семья, но она мечтает стать подполковником! Фото: АиФ/ Виталий Колбасин
«Для меня приоритет в жизни — это, безусловно, семья, — говорит Элина, самая старшая по званию, капитан и заместитель командира взвода. — Сын пошёл в первый класс. Мы нужны в армии для того, чтобы разбавлять суровую военную жизнь женскими качествами», — делится она своими мыслями, добавляя, что хочет дослужиться до подполковника.
Муж Элины Сергей считает, что женщин-военных не надо посылать в атаку на противника с автоматом. Фото: АиФ/ Виталий Колбасин
В то время, когда Элина давала очередью из автомата Калашникова по предполагаемому противнику, её муж Сергей, полковник, вёл урок по радиосвязи в соседнем помещении. «Женщины в армии, конечно, приносят свою пользу. На узлах связи они несут боевое дежурство, забирают на себя часть работы. Конечно, в окопах с мужчинами они сравниться не могут, да и в атаку их навряд ли пошлют на врага, потому что они служба обеспечения. Но женщины наравне с мужчинами занимаются теми же воздушно-десантными упражнениями, огневой и строевой подготовкой».
Приказ: вручить подарки!
Следующий этап тренировки — стрельба в тире. Нужно уложиться в норматив, попасть в мишень, иначе будешь пересдавать.
Фельдшер, гвардии старший сержант Ольга Мелешина, признаётся, что женщине в армии намного сложнее: «Не все девчонки выдерживают, уезжают из гарнизона. Ведь кругом мужчины, кто-то к тебе предвзято относится, не каждая девушка выдержит такой психологический груз».
Тренировка по приземлению. Фото: АиФ/ Виталий Колбасин
Но у самой Ольги всё хорошо в личной жизни: её муж — уже подполковник. Служба покидала их по всей стране: служили в Калининграде, Москве, Мурманске, теперь — здесь, в Южном военном округе.
«Познакомилась со своим избранником в госпитале, он болел, а я там практику проходила. У нас сыну 17 лет, он уже самостоятельный, учится в Нахимовском училище Санкт-Петербурга, дочери — 12 лет, — признаётся Ольга. — Детей мне бабушки не помогали воспитывать: в гарнизоне все дружно живут, выручают друг друга. Дочка самостоятельная. Если нас с мужем по тревоге поднимают, то уже сама может и завтрак приготовить, и в магазин за продуктами сходить».
Занятия подходят к завершению, нужно ещё попасть в мишень из пистолета. Фото: АиФ/ Виталий Колбасин
Тренировка подходит к завершению. Инструктор подводит итог дня: «Молодцы, девчата, к празднику 8 марта готовы!» А ещё полчаса назад этот офицер утверждал, что ему без разницы, кто у него в подчинении: мужчина или женщина…
7 марта по приказу командира для всех девушек подразделения пройдёт торжественное мероприятие с вручением подарков, зачитают праздничный приказ. А 8 марта для всех дам в погонах наступит выходной, как и для большинства представительниц прекрасной половины России.
Автор: Виталий Колбасин
Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.
Можно ли попасть в спецназ девушке (женщины в спезназе)?
Для тех, кто не силен в немецком языке, надпись на медали переводится, как: «Черный позор».
Казалось бы, какое отношение изображение, созданное немецким художником, имеет к проблеме службы женщин в армии вообще, и к проблеме службы в войсках специального назначения – в частности:
Оказывается – самое непосредственное! Ибо в нем, в концентрированном виде, визуально представлены все проблемы, порождаемые стремлением женщин к эмансипации, но… вступающие в противоречие с биологической сущностью существа женского пола.
Служили ли женщины в армии?
История знает сотни примеров, порой самых героических, когда женщина вдохновляла потерявших веру в победу мужчин на ратные подвиги и предопределяла победу в самой безвыходной ситуации. Самым известным в мировой истории примеров выдающейся роли женщины-воительницы является вполне историчная персона – француженка Жанна д’Арк – предводительница воинства короля Франции Карла VII.
Во глубине веков теряются полумифические предания о существовании племени амазонок, которые вели войны против полумифических греков-героев. Даже в русской истории запечатлен образ княжны Ольги, супруги князя Игоря, которая после смерти мужа взяла в свои руки бразды правление государством и воинством и сумела подавить мятеж строптивого племени древлян.
В более близком историческом приближении самой колоритной фигурой является кавалерист-девица Надежда Дурова, воспетая в художественном фильме-комедии «Гусарская баллада» под именем Шурочки Азаровой.
ЦИТАТА
Со всех сторон появились дамы, вписавшие в историю страны не самые лицеприятные страницы.
Среди них, самой «выдающейся» воительницей, снискавшей славу «самой страшной женщины-палача в русской истории» явилась Розалия Самойловна Залкинд (партийный псевдоним – «Землячка»). На её руках десятки тысяч жертв, сотни из которых она уничтожила собственноручно. Их количество превысило число жертв печально известной «опричнины» царя Ивана Грозного, и жертв «пугачевского бунта», подавленного А.В.Суворовым по приказу Императрицы Екатерины II.
Таким образом, женщины принимали участие в военных операциях. В том числе – в проведении «специальных операций», которые являются предметом нашего рассмотрения.
Женщины в «спецназе» в современной истории
Ликвидированная к концу 30-х годов прошлого века неграмотность позволила женщинам не только сосредоточить свои интересы на семейных и хозяйственных вопросах, но и стать активными участниками общественной жизни.
К началу 40-х годов сотни тысяч девушек учились в учебных заведениях, занимались спортом, участвовали в деятельности ОСАВИАХИМА – добровольного общества готовившего кадры для защиты Советской республик от неминуемого нападения фашистской Германии.
Самыми известными героинями-спецназовками стали:
Зоя Анатольевна Космодемьянская – первая женщина, удостоенная звания Героя Советского Союза во время Великой Отечественной войны.
В возрасте 18 лет она, после краткосрочных курсов минеров-подрывников, вошла в состав диверсионного отряда НКВД, носившего наименование «партизанской части 9903 штаба Западного фронта».
При выполнении задания в деревне Петрищево была захвачена в плен и после пыток и издевательств – публично казнена.
Роза Егоровна Шанина – снайпер-одиночка отдельного батальона «спецназа» 3-го Белорусского фронта. На счету девушки 59 побед! (59 уничтоженных фашистов). Погибла в бою в Восточной Пруссии 27 января 1945 года.
Мария (Марите) Иозифовна Мельникайте – возглавляла отряд НКВД, направленный на помощь партизанам в районе Браславского района Белоруссии. В ходе боя была ранена и захвачена в плен. После 5 суток пыток – казнена фашистами.
Мария Никитична Цуканова – санитарка отдельного батальона морской пехоты – элиты из элит «спецназа», была в составе батальона десантирована в корейский порт Сейсин (Чхонджин). Во время боя уничтожила 90 японцев, вынесла с поля боя 52 раненных бойца. Была ранена, потеряла сознание и захвачена в плен японцами. Подверглась пыткам, была ослеплена, японский офицер отрубил ей кисти рук, а затем голову. После чего расчленил тело девушки на куски.
Это – немногие примеры участия девушек в составе соединений «спецназа». Большинство из которых, действовало в составе частей НКВД, занимавшихся подготовкой и заброской в тыл врага диверсантов и разведчиков.
Почему девушкам не место в спецназе?
В послевоенный период, в некоторых государствах «третьего» мира, преимущественно возглавляемых диктаторами, создавались женские отряды, выполнявшие гвардейские функции при правителях.
В советской, а затем российской армии никогда всерьез на рассматривалась возможность службы женщин в спецподразделениях. Даже в качестве медицинского персонала и связисток. Слишком высок был риск возникновения конфликтных ситуаций среди мужского контингента из-за женщины (старое морское правило – женщине не место на корабле). Именно поэтому, в состав армейского «спецназа» женщин не принимают.
Как попасть в спецназ девушке?
Службой в армии не исчерпываются возможности реализовать свои милитаристские наклонности представительницами прекрасного пола. В Росси существует силовая структура – ФСИН, занимающаяся охраной и поддержанием порядка на территории мест лишения свободы. Не секрет, что в РФ на конец 2020 года существовало женских 35 колоний, в которых содержалось более 60 000 осужденных женского пола.
В соответствии с законодательством РФ личный досмотр женщин имеют право осуществлять только женщины. Кроме того, присутствие на территории колоний для женщин мужчин – фактор, провоцирующий обе стороны: и охраняющих, и охраняемых. Поэтому, в системе ФСИН постоянно существует дефицит кадров женского пола, готовых нести службу в тесном контакте с осужденными. Как и в мужских колониях, в женских случаются «бунты» и «волнения». А утихомиривать взбунтовавшихся дам мужчинам – значит нарушать закон. Ведь спецназовец не имеет право досмотреть или обыскать «зечку», изъять у неё заточку или «маляву», спрятанную в нижнем белье. Единственный выход – привлекать для этого женщин, специально подготовленных для жесткого противодействия «спецконтингенту». Для этого, в штате спецназа ФСИН, существуют специально подготовленные сотрудницы, которые могут, без нарушения закона, работать с осужденными женщинами.
Пока, это единственный доступный широкому кругу молодых «валькирий» способ, примерить на себя образ «superwooman», и дать выход бурлящим в крови, не свойственным женскому полу гормонам.
Единичные случаи зачисления женщин в штат спецподразделений – исключение из правил. Но, как свидетельствует история – они случались и на заре истории человечества, и в средние века, и в эпоху, когда женщины начали бороться за «равноправие».
Кроме следования идеям толерантности и стремления к эмансипации во всех сферах деятельности, не взирая на последствия такого «равноправия», участие женщин в деятельности спецподразделений ничем не обосновано. Приводимые сторонницами равных прав примеры из опыта зарубежных стран: Канады, Новой Зеландии, Норвегии, Австралии, а в последние годы – США, не могут служить основанием для внедрения подобного опыта в Российской Армии.
Канаде и других государствах никогда в своей истории не приходилось отражать натиск врага на своей территории, обладая «игрушечными» войсками, они могут себе позволить играть в толерантность и иметь министрами обороны женщин. Россия – не может!
РЕЗЮМЕ
Подводя итог рассмотрению целесообразности службы девушек в «спецназе» можно сделать вывод. У Российской Армии такой потребности нет! Поэтому, единичные случаи включения женщин в штат спецподразделений, как правило – в качестве технического персонала, не является службой в спецназе в прямом смысле слова.
Ни одно учебное заведение девушек-спецназовок не готовит, ни один пункт вербовки контрактников не производит набор дам на вакантные должности в войска, в которых служат исключительно мужчины.
ЕЩЕ СТАТЬИ ПО ТЕМЕ:
Форма для бесплатной юридической консультации (телефон указывайте обязательно)
Можно ли попасть в спецназ девушке (женщины в спезназе)?
Кому это может понадобиться
В первую очередь следует разобраться с тем, кто чаще всего хочет служить в ОМОНе. Обычно это две категории граждан: молодые люди после службы в армии и сотрудники других подразделений, желающие перевестись.
После армии приходят те, кому не надоело искать приключений и игры войну или те, кто хочет заработную плату выше среднего, но не обладает образованием или умственными способностями.
С действующими сотрудниками все более понятно. Зарплата в ОМОНе в среднем на 8-10 тысяч рублей больше, чем в простых структурах. Более того у бойцов повышена льготная выслуга. Выход на пенсию может произойти уже после 13,5 лет службы.
ГРУ и спецназ – в чем отличия
Многие слышали словосочетание «спецназ ГРУ», но мало кто понимает их истинное значение. Не стоит отождествлять понятия, так как это совершенно неправильно. Спецназ – аббревиатура, которая расшифровывается как отряд специального назначения. Такие формирования созданы при нескольких родах войск:
Важно то, что если вы попадете в любой из этих родов войск, то в дальнейшем сможете перевестись в другой или пойти в желаемый по контракту. Все эти подразделения считаются элитными, чтобы служить в них вам придется доказать свою исключительность.
Если вы хотите стать бойцом спецназа ГРУ, то сложностей будет еще больше. Туда набирают только лучших.
Требования для приема на службу
Для трудоустройства на службу в ОМОН нужно подходить по следующим требованиям:
Как можно увидеть, поступить можно как после 9 класса, так и после 11 класса без высшего образования. Если кандидат закончил всего 9 классов, то должен продолжить обучение в ПТУ на исключительно техническом направлении и обладать хорошим здоровьем. Без службы в армии устроиться, скорее всего, также не удастся.
Автор: ВЕРА ЛИТВИНОВА ОЛЬГА ИЗ СПЕЦНАЗА
Фото: «Когда я переходила в «Альфу», я не предполагала, что она будет значить для меня так много…»
МЫ ОДНОЙ ГРУППЫ КРОВИ «А»
Девушки занимались проверкой надежности различных антитеррористических режимов, в том числе на атомных электростанциях и иных особо важных объектах жизнеобеспечения страны, помогали совершенствовать существовавшую в те годы систему охраны. В результате удалось существенно повысить уровень безопасности ряда государственных и особо важных режимных объектов.
А вообще… полковник Ольга Спиридонова считает, что «женский фактор» играет значительную роль в работе спецслужб любой страны. И Россия тут отнюдь не исключение.
Сотрудницы «Альфы» принимали самое активное участие в операциях по освобождению заложников на Дубровке («Норд-Осте») и в Беслане. Они выносили раненых заложников.
Боевые заслуги женщин-офицеров «Альфы» отмечены государственными и ведомственными наградами. За конкретные дела и заслуги. Например, майор Ирина Лобова (ныне подполковник, ветеран) вынесла на себе в Беслане более десяти человек. Когда она вернулась в расположение, боевые товарищи испугались — подумали, что она ранена… Но на ней была не собственная кровь, а кровь спасенных ею людей.
— В какой семье вы родились? Ваши родители были люди военные?
— Нет, родители у меня были люди абсолютно гражданские, ничего общего не имеющие с военной службой. Сама я окончила Московский политехникум связи имени В. Н. Подбельского и уже по распределению попала в КГБ СССР, в Управление правительственной связи (сейчас это Управление ФСО). Но по специальности я проработала там не долго, потому что управление получило права райкома комсомола, и я ушла туда одним из заместителей — на общественную работу.
Года три отработала по линии райкома, потом — Высшая школа КГБ, а затем Седьмое управление КГБ. В девяностые годы я служила в Управлении собственной безопасности и уже оттуда, в 1998 году, попала в Группу «А». В тот момент в «Альфе» как раз решили организовать женское отделение.
— Как же так получилось, что вы выбрали для себя военную специальность?
— Мой дядя работал в Следственном управлении Лубянки. В те времена КГБ был основательно засекречен, информации в открытом доступе было очень мало. Разве что фильмы, редкие публикации в прессе… А дядя вел дела по военным и государственным преступникам, и меня это привлекало. Хотя я не очень точно представляла себе, что это за система — госбезопасность. Но хотела попробовать себя именно на этом поприще.
— Нетипичное желание для советской девушки…
— Вообще-то говоря, после десятого класса я пробовала поступить в институт связи, но не набрала достаточного количества баллов. И тогда пошла в политехникум. Если бы не распределение после окончания учебы, возможно, я пошла бы в институт и не попала в Комитет госбезопасности.
— Расскажите подробнее о вашей работе до прихода в Группу «А».
— Седьмое управление КГБ СССР (сейчас Оперативно-розыскное управление) — это наружное наблюдение, одно из средств контрразведывательной деятельности, направленное на получение оперативно-значимой информации путем негласного слежения. Работа мобильная и подвижная.
— В Группу «А» вы пришли непосредственно из наружного наблюдения?
Управление «А» возникло в моей жизни совсем неожиданно. Я даже не предполагала, что попаду туда. В ответ на первое предложение, которое мне было сделано в разговоре, я начала подбирать кандидатуры и предлагать их командиру — генералу Александру Владимировичу Гусеву. Себя я не имела в виду, так как считала, что в «Альфу» должны идти люди совсем молодые. Но через некоторое время мне ответили, что хватит предлагать, так как подразумевался конкретный человек — я сама.
— Как вы себя ощущали не просто в мужском, но боевом коллективе?
— Первое время — как в стане врага. Образование женского отделения сотрудники приняли в штыки. Это сейчас все улыбаются и привыкли, а тогда надо было жестко отвоевывать себе пространство, так как подразделение легендарное, имеющее свою историю и традиции. Очень важно было найти свою нишу в деятельности Группы. И, конечно, физически женщины должны были быть хорошо подготовлены.
— Сколько человек было в женском отделении?
— Кроме меня была одна женщина со стороны и три из наружного наблюдения.
— А сейчас?
— Сейчас женского отделения в Управлении «А» не существует, при штабе работает только одна сотрудница. Но я думаю, через какое-то время к этому опять все-таки вернутся. Если же посмотреть на мировой опыт, да и опыт в нашей стране, то видно, что в каждом силовом подразделении спецслужб работают женщины. Немного, но они есть. И они нужны!
— Вы проходили какое-то дополнительное обучение, придя в «Альфу»? Получали ли специализацию?
— Да. Был составлен план подготовки, который включал в себя обязательную физическую и огневую подготовку, курсы бортпроводников, тренинги по ведению переговорного процесса, умение брать интервью, опрашивать свидетелей.
Была возможность пройти переподготовку по линии штаба в СВР России. Это курсы «разведка с позиции территорий» и курсы психологической подготовки — мы занимались с психологами, которые готовят специалистов для работы в различных ситуациях.
Потом мы уже со своей стороны организовали в подразделении подготовку по наружному наблюдению для сотрудников боевых отделов.
— Расскажите об операциях, которые вам особенно запомнились.
— Сильное и тяжелое впечатление оставил «Норд-Ост». После него я долгое время засыпала и просыпалась с мыслью, что мы чего-то не сделали. Хотя в первый момент, когда стало ясно, что все наши сотрудники остались живы, была такая эйфория — но продолжалась она, однако, до тех пор, пока не стали умирать заложники… Появилось ощущение беспомощности, несмотря на то, что от нас ничего не зависело, и все, что можно было сделать, было сделано. И даже более того!
Еще была операция за пределами Российской Федерации — в стране со сложной оперативной обстановкой — тоже достаточно напряженная, но в конце концов все обошлось благополучно.
Мы много работали на Международных авиационно-космических салонах, которые проводятся в подмосковном городе Жуковском, отработали порядка восьми масштабных мероприятий. И другие ситуации были, здесь, в Москве.
— В каком году вы ушли в отставку?
— В 2008 году, в Группе «А» проработала десять лет. Я считаю, что это очень много, потому что в моем понимании в «Альфе» можно работать максимум до сорока лет, — в какой бы хорошей форме ты ни был. Я вспоминаю свое состояние на тренировке на подвесных конструкциях — иду по этой балке, смотрю вниз и думаю: «Зачем тебе это надо? У тебя все есть — пенсия, звание, куда ты залезла?» Но тут же иду дальше, разговариваю сама с собой, спускаюсь вниз и опять лезу по ступенькам.
Когда я ушла в отставку, я очень скучала по Группе «А». Потом отпустило.
— Вы сами решили уйти?
— А как в дальнейшем сложилась ваша профессиональная биография?
— После ухода из Группы я пришла в Институт проблем управления имени В. А. Трапезникова РАН, где и работаю по сей день. Вначале очень скучала по подразделению, по коллегам, по мероприятиям, болезненно реагировала, когда по телевизору что-то видела или слышала. Потом потихоньку втянулась в коллектив института.
— Чем занимаетесь?
— Как многие мои коллеги на пенсии, отвечаю за режим и безопасность объекта — заведующая отделом. Кстати, в этом году нашему Институту исполняется восемьдесят лет. Он был создан летом 1939 года на основе существовавшей с 1934 года Комиссии по телемеханике и автоматике Академии наук СССР.
В указе Совета народных комиссаров была обозначена цель — «развернуть фундаментальные исследования в области теории автоматического регулирования и создания автоматических устройств». За почти 80-летний период область деятельности ИПУ значительно расширилась и включает в настоящий момент все аспекты теории и практики управления. В основном у нас работают люди в возрасте, но в последнее время — и это здорово! — появляются талантливые молодые ребята.
…Плюс ко всему, в момент моего ухода из Группы «А» мой сын пошел в первый класс. Ребенок требует внимания, и в этом плане мой уход в отставку оказался ко времени. С ребенком, к слову, мне много содействовала Международная Ассоциация ветеранов подразделения антитеррора «Альфа» и лично ее президент Сергей Алексеевич Гончаров: он помогал устроить сына в садик-пятидневку, в школу-интернат для военнослужащих и в кадетский корпус. За что ему низкий поклон и огромная благодарность.
— За что вы получили орден Мужества?
Собственно, Управление «А» возникло в моей жизни потому, что я работала в отделе по физической защите. Защищала одного из известных людей государства.
— Вы, женщина?
— Со стороны это, быть может, выглядело странно, но это действительно так: я отвечала за безопасность мужчины в два раза выше себя ростом. Впрочем, моей задачей было не самой защищать его, а правильно организовать его личную безопасность, расстановку сил и прочее.
Однако сложилось так, что когда я заступила на свою смену (это было в Главном военном клиническом госпитале имени академика Н. Н. Бурденко), мне пришлось остаться там… на три недели. Так решило руководство.
По итогам всей этой работы, а также предыдущих оперативных разработок я и была награждена орденом Мужества. Я считаю, что эта награда присуждена всему моему коллективу. Поймите правильно: это все, что я могу сказать, не раскрывая никаких деталей и не вдаваясь в подробности.
— Кого из командиров Группы «А» разных лет вы бы отметили?
— Я была зачислена в подразделение при Александре Владимировиче Гусеве, его заместителем был Александр Иванович Мирошниченко. Потом командиром был Валентин Григорьевич Андреев, за ним начальником Управления «А» стал Владимир Николаевич Винокуров.
Могу сказать только одно: все они абсолютно разные, и с каждым, естественно, надо было выстраивать свои индивидуальные отношения. Генерал Александр Владимирович Гусев мягкий, тактичный человек, при нем мне больше приходилось искать контакт с руководителями отделов — Александром Михайловым, Владимиром Келехсаевым и другими, на которых сотрудники смотрели, как на богов.
Генерал Валентин Григорьевич Андреев нас основательно гонял, но зато научил штабной культуре и дисциплине. Пришедший после него генерал Владимир Николаевич Винокуров тоже гонял, но научил другому — грамотно и системно работать с кадрами. От всех командиров я почерпнула что-то, что в дальнейшем мне неоднократно пригодилось.
— А с командирами отделов как отношения выстраивались?
— С ними общий язык мы нашли чуть позже, сначала притирались друг к другу.
— Вам часто приходилось взаимодействовать?
— Нет, не часто. В основном в командировках или на мероприятиях: задержаниях, обысках. Как правило, они брали одного человека из моего отделения. Причем, неважно, какой отдел, мы со всеми работали. А когда стали заниматься обучением наружному наблюдению, достаточно близко узнали всех ребят, и отношение к нам сразу поменялось.
— Женское отделение было подчинено какому-то отделу или действовало самостоятельно?
В седьмом отделении было пять человек, сменяемости сотрудников не сложилось. Отделение просуществовало десять лет под моим руководством, а после моего ухода в отставку было постепенно расформировано.
— Чем для вас была служба в Группе «А»?
— Группа «А» сама по себе — отличная школа. Она дала мне умение работать в сложном коллективе, возможность в критический момент опереться на плечи друзей и коллег. И вот что еще я хочу отметить особо: в Содружестве Группы «А» КГБ-ФСБ замечательно развита поддержка ветеранов и членом семей погибших сотрудников. Когда я приезжаю в офис Международной Ассоциации «Альфа» на Мичуринском проспекте, я там отдыхаю душой, вижу родные лица. Когда бывшие сотрудники между собой встречаются, возникает ощущение, что все мы одной группы крови «А». Понимаем друг друга с полуслова.
— Как вы оцениваете свой личный вклад?
— Не знаю, сколько я со своей стороны принесла Группе «А» пользы, но она дала мне очень многое: уверенность, знания и дружбу. И мне было бы очень грустно, если бы в моей судьбе не было этого замечательного подразделения спецназа госбезопасности. Когда я переходила в «Альфу», я совсем не предполагала, что она будет значить для меня так много, — больше, чем другие подразделения, в которых я до того времени работала.
— Как вы считаете, женщинам есть место в спецназе госбезопасности?
Площадки газеты «Спецназ России» и журнала «Разведчик» в социальных сетях:
Вконтакте: https://vk.com/specnazalpha
Фейсбук: https://www.facebook.com/AlphaSpecnaz/
Твиттер: https://twitter.com/alphaspecnaz
Инстаграм: https://www.instagram.com/specnazrossii/
Одноклассники: https://ok.ru/group/55431337410586
Телеграм: https://t.me/specnazAlpha
Свыше 150 000 подписчиков. Присоединяйтесь к нам, друзья!
