Возникновение и становление науки криминалистики
Тема 1. «Введение в криминалистику».
1. Возникновение и становление науки криминалистики.
2. Предмет, методы и система современной криминалистики.
Возникновение и становление науки криминалистики.
Наука возникает тогда, когда появляется какой-то профессиональный вид деятельности и его нужно осмыслить и понять, что он из себя представляет.
Когда человек волнуется, у него прекращается слюноотделение, в горле пересыхает. Китайцы так преступников выявляли – заставляли высунуть языки и насыпали на них немножко муки. Тот, у кого она останется сухой и не намокнет, и считался преступником.
В XIX веке возникает сыскная полиция (это было связано с повсеместным всплеском преступности). Обычно связывают это с именем Ижена Бенона. Он родился во Франции, кем только не был – купцом, артистом, он был преступником и заключённым. Было много побегов у него – причём гениальных, но потом на него «наехали» свои же и стали вымогать деньги, иначе – сдадут полиции.
В 1810 году Ижена Бенона делает гениальный ход – он сдаётся полиции и обещает министру полиции за свою свободу и неприкосновенность в течение года освободить Францию от убийц. Состояние дел было такое, что его предложение приняли. А ещё у него была феноменальная зрительная память и он ходил по тюрьмам и запоминал лица преступников.
А в Англии занял подобный же пост слепой человек, обладающий уникальной слуховой памятью. К концу жизнь он по голосам мог опознать пять тысяч преступников. Кажется, Джон Фильден (или Фильхен) его звали.
Как вообще можно было опознать и отождествить преступника в девятнадцатом веке. Были способы описания, клеймение.
Но гуманный девятнадцатый век уже не мог использовать эти методы. Описание – ненадёжно. Клеймение – негуманно.
Возникла необходимость научного обоснования, других методов.
В 1879 году один мелкий чиновник французской полиции Альфонс Бертильо́н (он занимался тем, что составлял описания), он, используя свои знания, то, что и дед и отец были его медиками. Он обосновал следующее: что достаточно произвести 11 (одиннадцать) соотношений частей тела человека и этого будет достаточно для идентификации, отождествления.
Соотношение длины от кончика среднего пальца до локтя и от большого до среднего пальца у человека неизменно (как-то так).
Метод был очень сложный, так как измерить было сложно. Но тем не менее, это был уже научно обоснованный метод.
Чуть позже (лет через десять) возник более точный метод – метод дактилоскопии. Была обоснована уникальность и возможность использования отпечатков пальцев для опознания.
В 1897 году австрийский комиссар полиции Ганс Гросс издал книгу «Руководство для судебных следователей как система криминалистики». В 1908 году опубликовано в России.
И с тех пор наука расследований преступлений так и стала называться – криминалистикой, она отпочковалась и стала самостоятельной наукой.
Но многие годы, многие десятилетия криминалистику понимали как вспомогательную науку для науки уголовного права. Её ещё именовали «научная полиция».
Наука об использовании естественных и технических данных для расследования преступления – так её понимали.
Ситуация изменилась в 1967 году. Советский криминалист Белкин (великий учёный, его нишу до сих пор никто не занял) поставил вопрос «а чем занимается криминалистика»? Чтобы считаться самостоятельной наукой необходимо (по мнению Белкина, теперь общее мнение), чтобы эта область знания изучала закономерности определённой действительности.
Наука криминалистики – это наука в первую очередь о закономерностях.
По Белкину наука криминалистика изучает следующие закономерности:
1) механизмов совершения преступления (в первую очередь);
2) закономерности возникновения, изменения, сохранения и существования информации о преступлении. Как она возникает, трансформируется, исчезает и уничтожается.
3) закономерности деятельности следователя при «работе» с этой информацией.
На основе познания этих закономерностей, пишет Белкин и так полагает большинство учёных (в том числе и лектор) криминалистика создаёт свои специфические методы, методики, средства расследования и предотвращения преступления.
Чем обусловливается механизм совершения преступления – диспозицией статей УК, а также различными способами их реализации. Скажем, для того, чтобы совершить убийство необходимо умышленно и противоправно лишить человека жизни. Иначе состава убийства не будет. Но это преступление может быть совершено различными способами (молоточек по темечку, топор Раскольникова, подложить полоний 210…).
В результате совершения определённого вида преступления возникают следы на определённых специфических для данного вида преступления объектах.
Зная, какие бывают типовые виды следов оставляют преступления, мы можем с ними работать для раскрытия преступления.
Лектор не согласен с Белкиным в той части, где тот предполагает, что криминалистика – это наука о расследовании преступления.
Лектор считает, что это не только наука о расследовании, но и об исследовании преступлении. И поэтому, на его взгляд, её субъектами являются не только следователи, и государственный обвинитель, и адвокат-защитник.
Второй момент. По Белкину на основании изучения данных закономерностей создаются специальные методы для раскрытия и предотвращения преступлений. Лектор считает, что криминалистика не должна заниматься предотвращением преступлений, раскрытие – да. Но предотвращение – нет. Потому что криминалистика имеет дело с уже наступившими последствиями, а то, как предотвратить, изучает криминология – наука о причинах преступности и как их предотвратить. Конечно, науки взаимосвязаны и используют материалы друг друга.
Но криминалистика не может предотвратить преступление.
Основные этапы развития криминалистики
Периодизация развития криминалистики может быть осуществлена по различным основаниям, но если за основу взять консолидацию криминалистических знаний, то можно выделить три этапа.
Первый этап характеризуется разработкой средств уголовной регистрации и розыска преступников. На данном этапе ведутся исследования в области дактилоскопии, антропометрии, описания внешности человека, фотографий. Так, в 1882 г. Альфонс Бертильон предлагает использовать метод антропометрической регистрации.
В 1901 г. в Англии отменяют метод антропометрической регистрации и вводят дактилоскопический метод, основателями которого считаются Френсис Гальтон, Генри Фолдс, а в России В. И. Лебедев. Метод дактилоскопии позволяет проводить идентификацию преступника по отпечаткам пальцев.
Второй этап характеризуется созданием методов исследования вещественных доказательств. Этот этап связан с именами таких ученых, как Е. Ф. Буринский, Ломброзо, Локар и др. Е. Ф. Буринского считают основоположником судебной фотографии.
В области почерковедения и исследования рукописных текстов отмечены работы Ломброзо, Локара.
Третий этап связан с разработкой средств и методов сбора доказательств, организацией и планированием расследования. В этом направлении было много сделано Г. Гроссом. Он систематизировал все известные в то время средства и приемы работы с доказательствами, описал наиболее известные способы совершения преступлений и сформулировал основные методики борьбы с ними.
Таким образом, развитие криминалистики в западных странах сводилось в основном к разработке средств и методов вещественных доказательств.
Особую роль в периоде становления отечественной криминалистики сыграли работы двух выдающихся ученых-криминалистов И. Н. Якимова и В. И. Громова.
С середины 40-х гг. начинается процесс формирования частных криминалистических теорий по криминалистической идентификации (С. М. Потапов, В. М. Митричев, В. Я. Колдин и др.), учения о механизме следообразования (И. Н. Якимов, С. М. Потапов).
С середины 60-х гг. приоритетным направлением становится исследование общетеоретических проблем.
В области криминалистической техники много работ посвящается углубленному изучению проблем судебной экспертизы, использованию специальных знаний в судопроизводстве. На основе общей теории криминалистики формируется теория судебной экспертизы. Среди ученых, занимавшихся этой проблемой, можно выделить А. Р. Шляхова, А. И. Винберга, Ю. Г. Корухова и др.
Что касается раздела криминалистической тактики, то здесь внимание ученых было привлечено к проблемам следственных ситуаций, тактических комбинаций, тактических решений (Р. С. Белкин, В. А. Жбанков, С. И. Цветков).
В области криминалистической методики продолжаются разработки по вопросам изучения личности потерпевшего и обвиняемого в процессе расследования.
Можно констатировать, что отечественная криминалистика в силу своего постоянного развития и совершенствования находится на высоком научном уровне и имеет дальнейшую перспективу развития.
Введение в криминалистику. История, основы теории, библиография
Книга посвящена истории возникновения, становления и развития криминалистики, прошедшей длительный путь накопления знаний и разработки средств, приемов и методов выявления и изобличения лиц, совершивших преступления. Автор в краткой и доступной форме излагает современные взгляды исследователей на предмет криминалистики, ее систему, методы, задачи и значение в правоохранительной деятельности. В работе приводятся примеры из судебно-следственной практики, иллюстрирующие использование возможностей криминалистики для предупреждения, раскрытия и расследования преступлений. Для студентов и аспирантов юридических вузов, преподавателей криминалистики и как справочное пособие для практических работников.
Оглавление
Приведённый ознакомительный фрагмент книги Введение в криминалистику. История, основы теории, библиография предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.
Глава 1. История возникновения, становления и развития криминалистики
§ 1. Предыстория криминалистики
Криминалистика как особая область юридического знания исследует проблемы предупреждения, раскрытия и расследования преступлений. Ее возникновению в виде самостоятельной науки предшествовал длительный период накопления эмпирических знаний об установлении и изобличении лиц, совершивших преступления.
Хотя несколько веков назад науки криминалистики еще не существовало, однако и тогда необходимо было находить и наказывать преступников. Поэтому можно считать, что предыстория криминалистики начинается с глубокой древности, когда образовывались первые государства, появлялись законы и особые властные структуры, призванные поддерживать правопорядок и использовавшие в своей деятельности особые приемы для розыска и установления преступников.
Многообразие древних государств не позволяет говорить о тождественности устройства их властных структур, однако очевидно, что эти структуры в числе других, выполняли и полицейские, в нынешнем понимании, функции по выявлению преступников, сбору улик и изобличению этих лиц в нарушении действовавших тогда законов и правил.
Об этом убедительно свидетельствуют дошедшие до нашего времени древние памятники письменного права. Так, вопросы уголовного преследования и судопроизводства затрагиваются в древнеримских Законах XII таблиц, древнегерманской Салической Правде, Великой книге древнего права кельтов, древнегреческом Гортинском законе, Судебнике вавилонского царя Хаммурапи и др.
Законы вавилонского царя Хаммурапи (1792–1752 гг. до н. э.) содержат упоминания об использовании документов в качестве объектов судебного разбирательства.
В Законах XII таблиц — источнике древнеримского права, датируемом 450–448 гг. до н. э., имеются указания, связанные с порядком производства обыска.
В полицейских и судебных актах Древнего Египта периода династии Птолемеев (305–30 гг. до н. э.) и Древнего Рима встречаются подробные описания разыскиваемых преступников, что можно рассматривать как прообраз криминалистического описания внешности человека, получившего в настоящее время название криминалистической габитоскопии. Наиболее полное такое древнее описание относится к 238 г. до н. э.
Испокон веков люди пытались раскрыть преступление, исследуя следы, оставленные преступником. Например, в ст. 44 главы 8 древнеиндийских законов Ману указывается: «Как охотник ищет след животного по каплям крови, так царю надо обнаружить след преступника (дословно «дхармы») посредством расследования». Об этом же говорится в ст. 37 Салической Правды (V–VI вв.), ст. 8 Польской Правды (XIII в.), ст. 767 Законника Лека Дукагьини (XV в.) и других исторических памятниках права.
В одном из древнейших источников отечественного права — Русской Правде (с XIII в.) — также регулируются вопросы преследования виновных лиц. Розыскной процесс в это время в России носил частный характер. Преступление рассматривалось как «обида», но не в смысле оскорбления чести, а как причинение вреда злым деянием, поэтому розыск осуществлялся не особыми государственными должностными лицами, а самим пострадавшим. Этот процесс должен был начинаться призывом потерпевшего или «кликом», «закличью». Если через три дня после «закличи» собственник вещи находил ее у кого-либо, то это лицо считалось вором и должно было не только вернуть вещь, но и уплатить уголовный штраф.
Древнейшей формой наказания является также месть со стороны потерпевшего и его родственников. При отсутствии виновного злоумышленника, например вора, пострадавший мог призвать окружающих вместе с ним «след гнати» — «не будет ли татя, то по следу женуть».
Другой формой розыска преступника, описанной в Русской Правде, был «свод», т. е. последовательные очные ставки между пострадавшим и лицами, через руки которых прошла его пропавшая вещь. «След» и «свод» были тесно связаны между собой и могли переходить один в другой.
Аналогичный порядок существовал в западнославянском, германском праве и других древних законах.
Осуществление розыска и изобличения виновных уже в то время требовало не только настойчивости, предприимчивости, решительности, но и специфических умений, которые позже, спустя многие века, превратятся в криминалистические приемы, способы и методы предупреждения, раскрытия и расследования преступлений.
С упрочением государства укреплялось право, совершенствовалась организация всего уголовного процесса, в том числе розыска и изобличения преступников.
Возникает так называемый «инквизиционный процесс», при котором расследование проводилось негласно, на основе письменных документов, с помощью организованного аппарата следствия. Структурно расследование в этом процессе разделялось на две части: до установления подозреваемого (общее расследование) и после установления подозреваемого (специальное расследование). Общее расследование состояло из собирания разных слухов, доносов, опросов и других поисковых мер. Специальное расследование проводилось для получения признания подозреваемого.
Вместо поиска криминалистических путей и способов обнаружения следов преступления и преступников на многие в. главным в деле розыска стало устрашение заподозренных и совершенствование пыток. По описанию С. А. Голунского и Г. К. Рогинского, способы пыток были самыми разнообразными: винты, ломающие кости; раскаленное железо; вода, которую вливали через воронку в рот пытаемого, пока у него почти не лопался желудок, и т. п. В Германии насчитывалось до 70 способов пыток, но это был не предел.
Такого рода организация расследования не только не способствовала установлению истины, но нередко приводила к наказанию невиновных. Постепенно, по мере изменения экономических условий жизни людей, возрастания роли права в обществе, стало увеличиваться и противодействие варварским методам ведения следствия. Появилась необходимость в разработке и использовании более гуманных и рациональных средств, приемов и методов выявления и изобличения преступников.
В Московском государстве XVI в. использовались два вида уголовного процесса — «суд» и «розыск», т. е. обвинительный и следственный процессы.
К середине XVII в. российский уголовный процесс приобрел обобщенную форму судебно-розыскного характера с производством таких следственных действий, как обыск, «распросные речи» (что близко к современному понятию допроса), очные ставки, всякого рода розыскные справки по приказным крепостным книгам и кадастровым документам.
На рубеже XVII–XVIII вв. в России более подробную законодательную регламентацию получает не только общий порядок уголовного процесса, но и отдельные вопросы проведения розыска и следствия. Например, в XVII в. повелением Василия Шуйского было введено сличение почерков подметных писем писчими дьяками и подьячими.
Происходит становление практики врачебного освидетельствования, привлечения врачей к осмотру, а также проведение судебно-медицинских и судебно-психиатрических экспертиз. Расширение и усложнение судебно-следственной практики вместе с увеличением нормативных актов, регулирующих уголовное судопроизводство, потребовали систематизации действующих норм права и более подробного описания порядка розыска и следствия. Это обстоятельство и явилось одной из объективных предпосылок необходимости теоретического исследования организации раскрытия и расследования преступлений.
Появляются первые печатные работы отечественных авторов, посвященные исследованию проблем борьбы с преступностью и вопросам раскрытия и расследования преступлений.
Так, в 1724 г. была издана книга И. Т. Посошкова «О скудности и богатстве», в которой рассматривались не только общие вопросы организации существовавшего тогда судопроизводства, но и отдельные приемы инквизиционного розыска с использованием испытаний на дыбе, огнем и железом, лишением пищи и воды.
В 1805 г. в Санкт-Петербурге вышла книга П. Раткевича «Зерцало правосудия». Полное ее наименование — «Зерцало правосудия, показывающее, каким образом во всяких случающихся, а наипаче сомнительных судных делах производить следствии, делать по оным определении, приговоры и заключении» — говорит о том, что в книге рассматривались вопросы, связанные с организацией раскрытия и расследования преступлений. В частности, автор писал, что «судное» дело должно состоять из трех частей: исследования, определения и приговора с заключением.
С 30-х гг. XIX в. началось более активное изучение проблем уголовного судопроизводства как в России, так и за рубежом.
В 1831 г. в Санкт-Петербурге в издательстве Александра Смирдина была напечатана книга «Руководство по следственной части». В 1832 Г. В. Назанский также в Санкт-Петербурге выпустил «Краткое руководство к познанию правил для производства следственных и военно-судебных дел». В 1833 г. в Москве вышла книга Н. Орлова «Опыт краткого руководства для произведений следствий с показанием приличных узаконений». Там же в 1849 г. Е. Колоколов издал «Правила и формы о производстве следствий, составленные по Своду Законов». В 1841 г. вышло из печати широко известное сочинение Я. Баршева «Основания уголовного судопроизводства с применением к российскому уголовному судопроизводству».
Активизация научной деятельности в области уголовного судопроизводства не только привела к углублению исследований, но и положила начало более явной их дифференциации на посвященные анализу законодательной основы уголовного процесса при отправлении судами функции правосудия и рассматривающие практику организации розыска, раскрытия и расследования преступлений в досудебном производстве.
Этот процесс в России совпал с крупными преобразованиями, последовавшими за принятием 20 ноября 1864 г. Устава уголовного судопроизводства и отделением следствия от полиции, что, в свою очередь, усилило потребность в проведении научных исследований порядка производства расследования, правил и проблем взаимоотношений следователей с полицией, организации следственной деятельности и т. д.
Подобное развитие знания о деятельности полномочных государственных органов по выявлению и изобличению преступников происходило и в других странах.
Таким образом, к последней четверти XIX в. не только в России, но и за ее пределами сложились объективные условия для консолидации знания о раскрытии и расследовании преступлений и создания самостоятельной отрасли юриспруденции, исследующей организацию и осуществление этой деятельности особыми органами государственного принуждения.
§ 2. История возникновения криминалистики
Период конца XIX и начала XX вв. был ознаменован крупными научно-техническими открытиями и изобретениями. Затронули они и уголовно-процессуальную сферу общественных отношений. Для выявления и изобличения преступников следователи, дознаватели и сотрудники полиции стали применять более совершенные средства, приемы и методы.
В этом отношении большая заслуга принадлежит сотруднику Первого бюро полицейской префектуры Парижа А. Бертильону, который в середине августа 1879 г. предложил, а в начале 1883 г. практически доказал возможность регистрации, учета и последующей идентификации преступников по их антропометрическим данным. Такая система учета, названная позже «бертильонаж», стала одним из первых реальных вкладов достижений науки XX в. в организацию выявления, розыска и изобличения преступников. Ее эффективность была настолько очевидной, что почти сразу же бертильонаж нашел применение и во многих других странах мира.
В России первое антропометрическое бюро было создано при сыскной полиции Петербурга в 1890 г., а затем эти учреждения как «антропометрические станции» стали создаваться и в других городах.
Почти одновременно в августе 1877 г. служащий британской администрации в Индии В. Гершель предложил новый метод дактилоскопической идентификации личности.
В 1879–1880 гг. шотландский врач Г. Фулдс, работавший тогда в токийской больнице, независимо от В. Гершеля, предложил использовать отпечатки пальцев рук для разоблачения преступников.
В 1892 г. англичанин Ф. Гальтон издал книгу «Отпечатки пальцев», в которой рассмотрел вопросы упорядочения отпечатков пальцев и их использования для идентификации личности.
В 1895 г. в Лондоне впервые была создана упрощенная картотека преступников по методу бертильонажа с отпечатками пальцев их рук, а к началу ХХ в. дактилоскопия стала основным методом регистрации преступников.
Дальнейшее развитие дактилоскопии привело к использованию следов рук в качестве объекта судебных экспертиз.
И. Ф. Крылов отмечает, что первый случай применения дактилоскопии в качестве судебного доказательства отмечен в Венгрии в 1907 г., затем в Англии в 1908 г., в Норвегии в 1910 г. и в США в 1911 г.
В России первая дактилоскопическая экспертиза была проведена В. И. Лебедевым в 1912 г. по делу об убийстве провизора Вайсброда сторожем аптеки Шунько и его знакомым Алексеевым.
Еще одним важным направлением внедрения достижений науки и техники в процесс изобличения преступников явилось использование для этих целей возможностей фотографии.
Уже в 40-х гг. XIX в. французская полиция изготовляла снимки преступников дагеротипным способом. В 1854 г. в швейцарской газете было помещено сообщение о факте применения фотографии для установления личности преступника. В «Британском фотографическом альманахе» за 1870–1872 гг. О. Г. Рейландер предложил фотографировать арестованных преступников в фас и профиль.
В 1889 г. при прокуроре Санкт-Петербургской судебной палаты впервые в мире была создана судебно-фотографическая лаборатория. Огромную роль в ее деятельности и обосновании возможности использования фотографии для установления подделки документов принадлежит российскому исследователю и судебному эксперту Е. Ф. Буринскому. В конце XIX и начале XX вв. он провел целый ряд выдающихся судебно-фотографических экспертиз, убедительно показавших необходимость более широкого использования достижений научно-технического прогресса в уголовном судопроизводстве.
Основателем особого научного знания — криминалистики, призванного изучать особенности работы с судебными доказательствами для выявления и изобличения преступников, является австрийский ученый, профессор университетов в Граце и Праге Г. Гросс. В своих работах и, в частности, в книге «Руководство для судебных следователей как система криминалистики» (1898) он отмечал, что это учение о реальных аспектах уголовного права, к которым он относил правила работы со следами преступления и подложными документами, изучение отдельных видов преступлений, исследование преступного мира и т. д.
Хотя первые работы Г. Гросса были уже переведены на русский язык и изданы в Смоленске в 1895–1896 гг. и в Санкт-Петербурге в 1908 г., признание криминалистики в России пришло не сразу.
Несмотря на то что уже в ноябрьской книжке Журнала Министерства юстиции за 1900 г. была помещена статья «Что такое криминалистика?», еще несколько лет эта область научного знания продолжала называться по-другому. Так, например, известный отечественный исследователь С. Н. Трегубов даже в 1915 г. в предисловии к своей книге «Основы уголовной техники. Научно-технические приемы расследования преступлений. Практическое руководство для судебных деятелей» (Петроград, 1915) отмечал, что на русском языке еще нет соответствующего общепризнанного термина для определения данного предмета, и поэтому он использовал в названии своей работы словосочетание «уголовная техника».
Постепенно криминалистика все явственнее становилась самостоятельной областью научного знания и по мере расширения и уточнения содержания стала получать всё большее признание и распространение как за рубежом, так и в нашей стране.
Однако необходимо отметить, что одновременно со становлением криминалистики как одной из юридических дисциплин в ряде стран Западной Европы и в США внедрялась и другая система знания о применении технических средств и методов естественных наук к расследованию преступлений, которая получила название «Научная полиция» («Police scientifique»). Большой вклад в формирование «Научной полиции» внес известный швейцарский криминалист доктор химии, профессор Лозаннского университета Р. А. Рейсс (1876–1928), лекции которого были изданы в Швейцарии, Франции, России и других государствах. Дальнейшее развитие юриспруденции убедительно подтвердило, что для борьбы с преступностью необходимы не только научные методы исследования вещественных доказательств, которые рассматривались в курсе «Научная полиция», но более широкие знания о предупреждении, раскрытии и расследовании преступлений, составляющие содержание науки криминалистики.
Революционные события 1917 г. в России повлекли за собой глубокие политические, социально-экономические, правовые и иные преобразования, затронув, в том числе, и правоохранительную сферу. В ходе революционных преобразований была разрушена вся судебная система Российской Империи и введен новый порядок судопроизводства. Одновременно с этим повсеместно проводилось обновление кадрового состава уголовно-репрессивного аппарата, большую часть которого составляли малообразованные лица, нуждавшиеся в теоретическом и практическом обучении предупреждению, раскрытию и расследованию преступлений. Кроме этого, необходимо отметить, что разрушение старой и создание новой судебной системы в России в 20-х гг. XX в. сопровождалось всплеском преступности, борьба с которой требовала самых активных и умелых усилий специальных правоохранительных органов. Создались такие реальные условия, которые потребовали неотложного и более эффективного внедрения достижений существовавших тогда науки и техники, включая возможности молодой криминалистики, в практику борьбы с преступностью.
В обстановке революционных событий такие известные исследователи, как С. Н. Трегубов, Б. Л. Бразоль и ряд других эмигрировали из России. В то же время многие оставшиеся в стране опытные специалисты и практические работники, в частности В. Л. Русецкий, И. Н. Потапов, И. Н. Якимов, А. А. Захарьин, А. А. Поповицкий, П. С. Семиновский, А. А. Сальков, Н. С. Бокариус, В. И. Громов, С. А. Голунский и др., продолжали изыскания в области криминалистики. Их усилия были направлены, главным образом, на разработку криминалистических средств, приемов и методов для более эффективного выявления и изобличения лиц, совершивших преступления. Но и эта деятельность, вместе с подготовкой пособий для обучения молодых и недостаточно образованных сотрудников правоохранительных органов, реально способствовала формированию и признанию криминалистики в нашей стране как самостоятельной области юридического научного знания.
В 1921 г. профессор Иркутского университета Г. Ю. Маннс в сборнике «Труды профессоров и преподавателей Иркутского государственного университета» опубликовал статью «Криминалистика как прикладная дисциплина и предмет преподавания», в которой предпринял попытку определения криминалистики как науки о способах совершения преступления, профессиональных особенностях и быте преступников (их жаргоне, суевериях и т. п.), а также о приемах расследования преступлений, включая идентификацию преступников.
С 1922 г. в ведомственных журналах «Рабоче-крестьянская милиция» и «Административный вестник» публикуются статьи А. Ивенина «Об уголовной технике» и «Техника раскрытия преступлений»; И. Якимова «Наука раскрытия преступлений (методологический очерк)» и «Современное розыскное искусство»; В. Санчова «Логика в уголовно-розыскном деле»; С. Коренева «Вопросы методики борьбы с преступностью» и др.
С 1923 г. в издательстве «Право и жизнь» стали выходить работы, объединенные в серию «Криминалистика», где под редакцией М. Н. Гернета, П. И. Люблинского и А. Н. Трайнина были опубликованы в переводе работы таких известных зарубежных специалистов, как Р. Гейнделя «Уголовная техника», А. Гельвига «Современная криминалистика», Э. Анушата «Искусство раскрытия преступлений и законы логики» и др.
Значительный вклад в утверждение криминалистики в России внес И. Н. Якимов — практический работник правоохранительной системы, а позже преподаватель и видный ученый, ставший в 1950 г. заведующим кафедрой криминалистики юридического факультета Московского государственного университета. Наиболее важным, с исторической точки зрения, является издание им в 1924 г. «Практического руководства к расследованию преступлений», а в 1925 г. опубликование этой же, но существенно переработанной книги, названной «Криминалистика. Руководство по уголовной технике и тактике». Он впервые представил криминалистику как науку, имеющую три самостоятельных раздела: уголовную технику, уголовную тактику и методологию расследования преступлений, позже получившую наименование методики расследования преступлений.
Таким образом, к середине 20-х гг. XX в. в России и ряде зарубежных государств сформировалось и было широко признано представление о криминалистике как о самостоятельной юридической науке, содействующей правоохранительным органам в обнаружении, розыске и изобличении преступников.
§ 3. Становление и развитие отечественной криминалистики
Весь дальнейший путь формирования отечественной криминалистики в полной мере соответствовал общим закономерностям развития научного знания и, в том числе, постепенному переходу от создания частных, менее глубоких теорий к разработке более широких научных концепций.
В 1929 г. В. И. Громов в книге «Методика расследования преступлений» обосновал необходимость включить в систему криминалистики, кроме техники и тактики, раздел, посвященный изучению особенностей расследования отдельных видов преступлений.
В том же году в Минске был открыт Институт криминалистики и судебной экспертизы.
В 1930 г. при Саратовском юридическом институте была создана криминалистическая лаборатория, а в 1935 г. такие же лаборатории были организованы при Московском правовом институте имени П. Стучки и в Институте уголовной политики при Прокуратуре, Верховном суде СССР и Народном комиссариате юстиции РСФСР.
Для подготовки сотрудников милиции и научно-технических экспертов в Москве, Петрограде, Омске и ряде других городов создаются учебные курсы, где в числе других дисциплин преподаются основы криминалистики.
Одновременно с появлением специализированных криминалистических подразделений и учреждений продолжалось исследование многих частных криминалистических проблем.
Еще в 1923 г. П. С. Семеновский подготовил и издал монографию «Дактилоскопия как метод регистрации», которая внесла существенный вклад в развитие системы криминалистического учета.
В 1934 г. в Москве С. А. Голунский и Г. К. Рогинский опубликовали серию книг, состоящую из пяти выпусков, под единым названием «Техника и методика расследования преступлений», где содержались криминалистические рекомендации по организации работы по многим уголовным делам.
Таким образом, к середине 30-х гг. XX в., в связи с широким распространением криминалистических технических средств, приемов и методов, а также под влиянием возрастающих потребностей в научном обеспечении следственной деятельности, появилась необходимость в систематизированном описании содержания криминалистики.
В 1935–1936 гг. был выпущен первый отечественный учебник по криминалистике в двух книгах, подготовленный в Научно-исследовательском институте уголовной политики при Прокуратуре Союза ССР, Верховном Суде СССР и НКЮ РСФСР. В его создании принимали участие Н. А. Бобров, В. И. Громов, С. А. Голунский, Е. У. Зицер, С. М. Потапов, И. Н. Якимов под общей редакцией Б. С. Ошеровича и М. С. Строговича. Титульным редактором был А. Я. Вышинский. В первой книге учебника излагались основные принципы и история развития криминалистики, а также раскрывалось существовавшее в то время представление о технике и тактике расследования преступлений. Вторая книга была посвящена методике расследования отдельных видов преступлений. В учебнике отмечалось, что уголовная техника изучает способы применения естественных наук (физики, химии, биологии и т. д.) к расследованию преступлений; уголовная тактика исследует наилучшие приемы для проведения следственных действий (допросов, осмотров, обысков и т. д.), наиболее целесообразное расположение этих действий, систему и планирование процесса расследования, а частная методика изучает специфические особенности, которыми отличается расследование отдельных видов преступлений. Несмотря на то что учебник был излишне политизирован и давал, с нынешней точки зрения, устаревшие, а в ряде случаев и неточные трактовки, следует отметить, что в становлении и развитии отечественной криминалистики он сыграл важную консолидирующую роль.
В 1938–1939 гг. был выпущен второй двухтомный учебник криминалистики, где Е. У. Зицер определил ее как науку о расследовании преступлений.
Заметными вехами в истории развития криминалистики в предвоенные годы явились статьи Б. М. Шавера «Об основных принципах частной методики расследования преступлений» (Социалистическая законность. 1938. № 6) и С. М. Потапова «Принципы криминалистической идентификации» (Советское государство и право. 1940. № 1).
Также в 1940 г. была издана монография А. И. Винберга «Криминалистическая экспертиза письма», содержавшая разработку научных основ криминалистического исследования рукописных текстов и не потерявшая практического значения до настоящего времени.
Наконец, в том же году А. И. Винберг и Б. М. Шавер издали учебник по криминалистике для юридических школ, в котором эта дисциплина делилась на Общую и Особенную части. В Общую часть авторы включили изучение приемов и методов собирания, обнаружения, фиксации и исследования доказательств, розыска и опознания преступника, применяемые в случае необходимости при расследовании всех категорий дел, а в Особенную часть — наиболее целесообразные приемы и методы раскрытия и расследования отдельных видов преступлений.
В годы Великой Отечественной войны развитие криминалистики было подчинено необходимости оказания содействия правоохранительным органам в борьбе с преступностью в тылу и на фронте.
В 1942–1943 гг. в Ашхабаде в Военно-юридической академии Красной Армии были подготовлены и выпущены работы М. Н. Богатырева «Следы автотранспорта и следы с мест происшествия на нем», С. А. Голунского «Допрос на предварительном следствии», Ю. М. Кубицкого «Осмотр места происшествия по уголовным делам» и ряд других особо актуальных для того времени пособий.
Многие положения криминалистики использовались для разработки указаний, наставлений и инструкций, содержащих рекомендации и требования по повышению эффективности расследования преступлений в условиях войны. Так, Б. И. Шевченко и Н. В. Терзиев в 1943 г. подготовили «Методические указания по собиранию и оформлению сравнительных материалов для экспертизы письма», которые нашли применение в практике расследования преступлений. А. И. Винберг, К. И. Петров и Ф. В. Сафонов разработали в 1944 г. «Наставление по расследованию дел о хищениях, недостаче, порче и засылке грузов на морском и речном транспорте». В том же году, но уже в Москве, было разработано «Наставление для военных прокуроров и следователей морского и речного флота».
По мере становления науки криминалистики повышалось ее значение и в практической деятельности правоохранительных органов.
В 1944 г. была организована Центральная криминалистическая лаборатория НКЮ. В 1945 г. создается Научно-исследовательский институт криминалистики МВД СССР и расширяется система криминалистических подразделений органов милиции. В 1948 г. в Ленинграде открывается Научно-исследовательская криминалистическая лаборатория — первая из подобных учреждений, которые позже были организованы по всей стране. В 1949 г. создается Всесоюзный научно-исследовательский институт криминалистики Прокуратуры СССР. Повсеместно возрастает количество и разнообразие судебных криминалистических экспертиз и повышается их значение для изобличения лиц, совершивших преступления.
Постоянное увеличение количества частных криминалистических теорий и углубление их содержания уже в конце Великой Отечественной войны, а особенно в первые послевоенные годы, потребовало уточнения понятия предмета и системы криминалистического научного знания.
Важную роль в этом отношении сыграли широкие научные дискуссии и работы о сущности, структуре и роли криминалистики в укреплении правопорядка и законности в стране. Стремление к самосовершенствованию, присущее всем наукам, достаточно полно проявилось и в криминалистике.
Наиболее заметный вклад в развитие криминалистики в этот период внесли докторская диссертация И. Н. Якимова «Следственный осмотр» (1947); докторская диссертация А. И. Винберга «Основы советской криминалистической экспертизы» (1947), а также его монография «Основные принципы советской криминалистической экспертизы» (1949); дискуссии во ВНИИ криминалистики Прокуратуры СССР о предмете и природе криминалистики, имеющей юридическую природу (1952), и о предмете следственной (криминалистической) тактики (1955); докторская диссертация С. П. Митричева «Основные теоретические вопросы советской криминалистики» (1954); работы Л. Е. Ароцкера, Г. И. Кочарова, В. И. Колдина, С. М. Потапова, П. И. Тарасова-Радионова, Н. В. Терзиева, С. И. Тихенко, Б. И. Шевченко и других известных исследователей.
Начиная с 50-х гг. XX в., в СССР стало широко признанным представление о криминалистике как о науке, изучающей технические и тактические приемы и средства обнаружения, собирания, фиксации и исследования судебных доказательств, применяемых для раскрытия и предупреждения преступлений. Такое определение в наиболее полном виде было сформулировано А. И. Винбергом в учебнике по криминалистике для юридических высших учебных заведений в 1950 г. и с некоторыми уточнениями, добавлениями и изменениями использовалось в различных изданиях еще несколько десятилетий.
Одновременно продолжались и углублялись исследования актуальных частных теорий криминалистики.
Так, в 60-х гг. были защищены докторские диссертации и изданы работы, посвященные проблемам применения криминалистики в судебной деятельности (Л. Е. Ароцкер); экспериментальному методу исследования в уголовном процессе и криминалистике (Р. С. Белкин); истории криминалистики, судебной экспертизы и экспертных учреждений (И. Ф. Крылов); проблемам борьбы с убийствами (В. П. Колмаков); научно-техническим средствам расследования преступлений (Н. А. Селиванов); розыскной деятельности при расследовании преступлений (В. И. Попов); логике экспертного исследования и доказывания (А. А. Эйсман); судебной психологии (А. Р. Ратинов); научным и правовым основам расследования отдельных видов преступлений (А. Н. Колесниченко); методологии и методам расследования (И. М. Лузгин); учению о способе совершения преступления (Г. Г. Зуйков) и многие другие.
В связи со значительным ростом теоретических исследований по криминалистике и расширением использования ее достижений в борьбе с преступностью к середине 60-х гг. вновь назрела необходимость более глубокого исследования природы, предмета, системы и других исходных положений этой отрасли отечественного правоведения.
Исключительно большой вклад в решение данной сложной научной задачи внес профессор Р. С. Белкин. Начиная с 1965 г., он подготовил и издал цикл работ, посвященных исследованию комплекса проблем современной методологии и теории криминалистики. В таких трудах, как «Собирание, исследование и оценка доказательств» (1966), «Закон, уголовно-процессуальная наука и криминалистика» (1971), «Криминалистика. Общетеоретические проблемы» (совместно с А. И. Винбергом. 1973), «Курс советской криминалистики» (1977–1979), «Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы» (1987), «Курс криминалистики» в 3 т. (1997 г.) и многих других, Р. С. Белкин с позиций современного науковедения, с учетом результатов анализа большого количества литературных источников отечественных и зарубежных авторов, а также опираясь на данные разносторонней судебно-следственной практики, разработал целостную концепцию общей теории криминалистики. Его определения и важнейшие выводы об объекте, общей и частных теориях, задачах, принципах, законах, методах, систематике и других основополагающих категориях криминалистического научного знания существенно уточнили представление о криминалистике и открыли ряд новых направлений в ее развитии.
Наряду с работами Р. С. Белкина в эти же годы были выполнены и другие крупные криминалистические исследования, по результатам которых опубликовано немало интересных монографий и успешно защищен ряд докторских диссертаций.
К исследованиям, имеющим общетеоретическое значение, следует отнести диссертацию М. С. Салтевского «Теоретические основы установления групповой принадлежности в судебной экспертизе» (1969); монографию и докторскую диссертацию В. С. Митричева «Научные основы и общие положения криминалистических идентификационных исследований физическими и химическими методами» (1971); работу А. Я. Гинзбурга «Принципы советской криминалистики» (1974); цикл работ А. Н. Васильева: «Советская криминалистика» (1979), «Критические замечания о соотношении криминалистики и уголовно-процессуальной теории доказательств» (1979), «Предмет, система и теоретические основы криминалистики» (совместно с Н. П. Яблоковым. 1984); диссертацию Г. А. Матусовского «Криминалистика в системе юридических наук и ее межнаучные связи» (1980); диссертацию А. А. Хмырова «Теоретические основы и практика использования косвенных доказательств в уголовных делах (процессуальное и криминалистическое исследование); монографию Н. А. Селиванова «Советская криминалистика: система понятий» (1982); монографию и диссертацию Т. А. Седовой «Проблемы методологии и практики нетрадиционной криминалистической идентификации» (1986); монографию В. А. Образцова «Криминалистическая классификация преступлений» (1988); монографию и диссертацию А. А. Эксархопуло «Основы криминалистической теории» (1992); цикл работ и диссертацию В. С. Бурдановой «Криминалистические проблемы обеспечения всесторонности, полноты и объективности расследования преступлений» (1992); монографию и диссертацию Л. Г. Горшенина «Основы теории криминалистического прогнозирования» (1993); цикл работ и диссертацию В. М. Мешкова «Основы криминалистической теории временных связей» (1994); монографию Ю. Г. Корухова «Криминалистическая диагностика при расследовании преступлений» (1998) и ряд других научных трудов.
Столь же активно в последние годы проводились исследования проблем криминалистической техники, криминалистической тактики и криминалистической методики расследования преступлений, которые активно продолжаются и в настоящее время, но это уже не история, а реальность современной криминалистики, анализу которой посвящается все дальнейшее содержание книги.
