Теория как форма мышления

Глава I. Теория как особая форма мышления

Глава I. Теория как особая форма мышления

Теория — весьма сложное духовное образование общества. Вот почему она служит объектом все более глубокого анализа различных наук: социальной философии, культурологии, истории и теории науки, психологии научного творчества, логики. Однако каждая из них подходит к теории по-своему.

В чем же своеобразие логического подхода к ней? Соответственно своему предназначению логика рассматривает теорию не с содержательной, а с формальной точки зрения. Это предполагает анализ ее происхождения и сущности; роли и значения в обществе, а следовательно, тех функций, которые она выполняет в научном познании, и ее структуры; видов теории; логических отношений между теориями; наконец, логических операций с ними.

Вся значимость темы особенно рельефно проступает в условиях современного этапа научного познания. Одна из его важнейших особенностей состоит в том, что оно насквозь теоретично. Долгий и трудный процесс познания, совершавшийся до сих пор со времени возникновения научного знания, имеет своим наиболее общим результатом великое множество всевозможных теорий. Причем число их непрерывно растет, ярко демонстрируя могущество человеческого разума, его способность постигать все новые «тайны» мироздания.

Теории мышления

Мышление – сложный и многогранный процесс, изучают который разные науки: психология, медицина, биология, кибернетика, генетика, логика и многие другие. Вот почему только комплексный подход, объединяющий разные теории мышления, способен пролить свет на этот феномен.

Мышление – это познавательная деятельность человека, которая является опосредованным и обобщенным способом отражения действительности. Продуктом мышления является мысль, которая принимает формы идеи, смысла и понятия.

Основной функцией мышления является умение получать знание о таких объектах, отношениях и свойствах, которые не могут быть восприняты непосредственно.

Наше мышление способно проводить операции, такие как:

Это основные операции мышления. На их основе выстраиваются следующие:

Однако, чтобы дойти до этих понятий, понадобилось несколько тысячелетий размышлений ведущих философов, психологов и ученых. При этом до сих пор нет единственного взгляда на проблему мышления.

О мышлении писали Аристотель, Платон, Декарт, Спиноза и многие другие философы. Их работы легли в основу исследований ученых и психологов. Но, как уже было сказано, единого мнения не существует до сих пор.

На данный момент есть несколько теорий мышления со своими достоинствами и недостатками. Мы попытаемся объективно оценить каждую и учесть их критику.

Асоцианистская теория

Первоначально это была философская теория, которая стремилась сократить содержание ума до набора элементарных ощущений или идей, из которых более сложные идеи создавались при помощи ассоциаций между ними. Теория ассоциаций всегда была редуктивной, в том смысле, что стремилась анализировать сложные идеи посредством простых объяснений.

Согласно этому подходу, события или идеи будут связаны, если их объединять последовательно, то есть при помощи ассоциаций, связей следов прошлого и впечатлений, полученных из настоящего опыта.

Однако данная теория не смогла решить проблему творческого мышления и того, как оно формируется и откуда появляется. Поэтому творческий характер мышления считался врожденной способностью разума, которая не зависит от ассоциаций.

Теория гештальта

Гештальт-психологи оспаривали, что разум можно понимать, как пассивную коллекцию простых идей, объединенных неумолимой работой нескольких «законов ассоциаций».

Последователи этой теории работали главным образом в области психологии и изучали, как модели поведения, которые уже были прочно встроены в психику, реорганизуются в соответствующее поведение для выработки решений.

Гештальт-теоретики подходили к проблемам психологии мысли с точки зрения восприятия. Успешное мышление предполагает восприятие или понимание структурных и функциональных отношений элементов в контексте проблемы. Чтобы решить проблему, нужно понять «внутренние отношения», которые связывают этот контекст с организованным целым.

Первичным содержанием любой ситуации последователи теории считали гештальты – целостные образования. А само мышление, по их мнению – это выделение главного среди множества второстепенных признаков. Когда мы полностью решаем задачу (порой при помощи так называемого инсайта – озарения), то получаем завершенный гештальт, который «закрывается» и попадает вглубь нашей психики. Эта ситуация остается стабильной до тех пор, пока какой-либо элемент не попадет в новый гештальт, который нужно закрыть. Формируется своеобразный цикл, и он характерен для любых психических процессов. Все, что попадает в наш мозг, остается там навсегда.

Гештальт-психологи при помощи экспериментов продемонстрировали различие между продуктивным и непродуктивным мышлением.

Продуктивное мышление – такое, при котором задача реструктурируется и может быть решена по-новому.

Непродуктивное мышление – такое, при котором решение новой задачи основывается на прошлом опыте.

Бихевиористская теория

Современный бихевиоризм определяет мышление как форму приспособления к новым условиям. Поэтому если организм переживает проблемную ситуацию (или получает задачу), то пытается приспособиться к ней – то есть решает задачу.

Психологи-бихевиористы представляют мышление как совокупность сложных цепей внутренних речевых навыков, формирующихся по схеме «стимул – реакция».

Бихевиоризм критиковался все время своего существования. Изначально его адепты ограничивались описанием отношения стимула и наблюдаемого поведения. А все, что скрыто, их обычно не интересовало.

В необихевиористской теории начали говорить и о некоторых качественных особенностях мышления человека. Но основной подход не изменился, необихевиористы все равно считают мышление процессом приспособления к условиям внешней среды, что реализуется в переборе решений методом проб и ошибок или отбором приспособительных реакций.

Теория когнитивного развития

Ее основателем является Жан Пиаже. Он считал, что возникновение мышления обусловлено биологическими процессами адаптации к окружающей среде. Ребенок в процессе развития получает свои представления о мире в виде так называемых схем.

Эти схемы помещаются в память и могут быть извлечены в любой момент для решения задач. При этом они могут совершенствоваться двумя способами:

Пиаже выделил возрастные этапы когнитивного развития:

Последователи этой теории считают, что стимулом для формирования высших проявлений мышления является речь.

Периферическая теория

В этой теории основное внимание уделяется изучению периферической нервной системы.

Периферийную теорию называют также двигательной. Согласно ей, мозг является лишь одной из частей процесса мышления. Поскольку во время обучения мы задействуем не только мозг, но и тело и психику, следует полагать, что нельзя отдавать чему-либо предпочтение.

Есть убедительные доказательства того, что мышечная активность присутствует во время мышления. В связи с этим данную теорию поддерживают и бихевиористы.

Психоаналитическая теория мышления

Было бы удивительно, если бы всеобъемлющая теория, которой является фрейдистский психоанализ, не коснулась проблемы мышления.

Согласно Фрейду, период раннего младенчества характеризуется так называемым нарциссическим мышлением, в котором мыслительный процесс содержит весомый оттенок исполнения желания. Фрейд ссылается на определенные термины, такие как всемогущество желания и всемогущество мысли или слова.

Стадия всемогущества желания характеризуется тем, что эта стадия мысли окрашена инстинктивными импульсами, полным отсутствием различия между реальностью и нереальностью. На следующем этапе мышление становится символическим и вербализованным, но все еще остается эгоцентричным.

Только на более позднем этапе мышление становится объективным и возникает различие между внутренним «я» и внешним миром. Мысль приходит под влиянием восприятия и освобождается от инстинктивных импульсов.

Мысль, по мнению Фрейда, является неотъемлемой частью общей функции жизни, а природа мыслительного процесса отражает общую стадию развития самой жизни.

Проще говоря, мышление является одним из механизмов жизни и играет ключевую роль в саморегуляции. Фрейд говорил, что существует тонкая разделительная линия между реальностью и фантазией. Если это так, то мышление заключается в том, чтобы вообразить, что какая-то часть жизни является реальностью.

Источник

Теория как форма мышления

ТЕОРИЯ

ТЕОРИЯ – в широком смысле комплекс взглядов, представлений, идей, направленных на истолкование и объяснение какого-либо явления; в более узком и специальном смысле – высшая, самая развитая форма организации научного знания, дающая целостное представление о закономерностях и существенных связях определенной области действительности – объекта данной теории. По своему строению теория представляет внутренне дифференцированную, но целостную систему знания, которую характеризуют логическая зависимость одних элементов от других, выводимость содержания теории из некоторой совокупности утверждений и понятий – исходного базиса теории. В процессе применения теории сформированное в ней знание опосредуется различными промежуточными звеньями, конкретизирующими факторами, что предполагает живое, творческое мышление, руководствующееся теорией как программой, но мобилизирующее также все возможные способы ориентации в конкретной ситуации. Действенное применение теории требует опоры на непосредственное восприятие исследуемого объекта, использования практического опыта, включения эмоциональных и эстетических моментов сознания, активизации способностей творческого воображения. Сама теория как форма особого освоения мира функционирует в тесном взаимодействии с другими, нетеоретическими формами сознания. Крупные научные теории всегда так или иначе связаны с определенными философско-мировоззренческими установками, их разработка стимулируется этими установками и в свою очередь способствует упрочению их авторитета и влияния в системе культуры. Важным опосредствующим звеном между философско-мировоззренческими установками и собственно научными теориями являются научные картины мира.

Теория выступает как наиболее сложная и развитая форма научного знания; другие его формы – законы науки, классификации, типологии, первичные объяснительные схемы и т.д. – генетически могут предшествовать собственно теории, составляя базу ее формирования; в то же время они нередко сосуществуют с теорией, взаимодействуя с ней в системе науки, и даже входят в теорию в качестве ее элементов (теоретические законы, типологии, основанные на теории).

Указанный смысл термина «теория» как формы организации научного знания сложился достаточно поздно в философии и методологии науки. Первоначальное же значение греческого слова «теория» – это экстатическое, мистическое созерцание, что достаточно прозрачно свидетельствует о генетических связях формировавшегося в античной культуре концептуально-теоретического знания с дотеоретическими архаическими формами сознания. Уже пифагорейцы выдвинули идею об очищении души через чистое познание посредством созерцания. Это чистое созерцательное познание, ставшее идеалом для античной философии, вначале было весьма далеко от рационалистического стиля интеллектуальной «интуиции» Нового времени. Это страстная, эмоционально напряженная работа души, проникнутая религиозно-экстатическим пафосом, являлась для мыслителей типа Пифагора не знанием ради знания, а прежде всего способом духовного совершенствования. Возрастание в процессе эволюции античной философии собственно познавательных мотивов, развитие культуры понятийного анализа и дискурса не приводило в античной культуре к логизации и рационализации теоретического сознания в стиле, характерном для Нового времени и последующего развития научного мышления. Античная «теория» все время сохраняет свой исходный смысл мысленно-интуитивного «всматривания» в космос, восприятия идеальных сущностей «духовными очами». По мнению А.Ф.Лосева, у Платона «. термин «теория» представляет собой такое состояние сознания, которое имеет своим предметом организованную, оформленную действительность и которое аналитически-синтетически конструирует эту действительность на основе непосредственного видения или созерцания. Другими словами, в этом термине мы находим типичное для Платона и для всей Античности взаимное слияние непосредственно данной и сознательно-сконструированной предметности. » (Лосев А.Ф. История античной эстетики. Софисты. Сократ. Платон. М., 1969, с. 462). Вместе с тем в реальной практике формирующейся в Античности теоретической науки, в частности «Началах» Евклида, была разработана та форма организации и систематизации научного знания, которая стала на много веков образцом, «парадигмой» (дедуктивно-аксиоматического построения теории в современном значении этого термина).

Научное знание в принципе теоретично с самого начала, т.к. всегда связано с размышлением о содержании используемых в науке понятий и о той исследовательской деятельности, которая приводит к формированию этих понятий. При этом, однако, формы и глубина теоретического мышления могут сильно варьировать, что находит свое историческое выражение в развитии структуры теоретического знания, в формировании различных способов его внутренней организации. Если теоретическое мышление вообще, размышление над смыслом используемых понятий необходимо сопутствует всякой науке, то теория в собственном, более строгом смысле, соответствующем ее пониманию в современной методологии науки, появляется на достаточно высоких этапах развития науки.

Переход от эмпирической стадии науки, которая ограничивается классификацией и обобщением опытных данных, к ее теоретической стадии, когда появляются и развиваются теории в собственном смысле, осуществляется через ряд промежуточных форм теоретизации, в рамках которых формируются первичные теоретически различные конструкции (напр., типологии, объяснительные схемы). Будучи источником возникновения теории, сами эти конструкции, однако, еще не образуют теорию: ее возникновение связано с возможностью построения многоуровневых конструкций, которые развиваются, конкретизируются, внутренне дифференцируются в процессе деятельности теоретического мышления, отправляющегося от некоторой совокупности исходных принципов. В этом смысле зрелая теория представляет не просто сумму связанных между собой знаний, но и содержит определенный механизм построения знания, внутреннего развертывания теоретического содержания, воплощает некоторую программу исследования; все это и создает целостность теории как единой системы знания. Именно подобная возможность развития аппарата научных абстракций в рамках и на основе теории делает последнюю мощным средством решения фундаментальных задач познания действительности.

В современной методологии науки принято выделять следующие основные компоненты теории: 1) исходный эмпирический базис, который включает множество зафиксированных в данной области знания фактов, достигнутых в ходе наблюдений и экспериментов и требующих теоретического объяснения; 2) исходную теоретическую основу – множество первичных допущений, постулатов, аксиом, общих законов теории, в совокупности описывающих идеализированный объект теории; 3) логику теории – множество допустимых в рамках теории правил логического вывода и доказательства; 4) совокупность выведенных в теории утверждений с их доказательствами, составляющую основной массив теоретического знания. Четкая фиксация правил логического вывода и доказательства осуществляется при этом далеко не во всех теориях, а только в теориях, соответствующих идеалу их дедуктивного построения. Это идеал реализуется в лучшем случае только в некоторых разделах математики и в математической логике. Абсолютизация этого идеала, свойственная т.н. стандартной концепции науки, отстаивавшейся сторонниками логического позитивизма, не соответствует реальной практике науки. Зато с методологической точки зрения центральную роль в формировании теории играет лежащий в ее основе идеализированный объект – теоретическая модель существенных связей реальности, представленных с помощью определенных гипотетических допущений и идеализаций. Построение идеализированного объекта теории – необходимый этап создания любой теории, осуществляемый в специфических для разных областей знания формах. Напр., идеализированным объектом теории в классической механике является система материальных точек, в молекулярно-кинетической теории – множество замкнутых в определенном объеме хаотически соударяющихся молекул, представляемых в виде абсолютно упругих материальных точек, и т.д.

Идеализированный объект теории может выступать в разных формах, предполагать или не предполагать математического описания, содержать или не содержать того или иного момента наглядности, но при всех условиях он должен выступать как конструктивное средство развертывания всей системы теории. Т.о., идеализированный объект выступает не только как теоретическая схематизированная модель реальности, он вместе с тем неявно содержит в себе определенную программу исследования, которая и реализуется в построении теории. Соотношения элементов идеализированного объекта – как исходные, так и выводные – представляют собой теоретические законы, которые в отличие от эмпирических законов формулируются не непосредственно на основе изучения опытных данных, а путем определенных мыслительных действий с идеализированным объектом. Из этого вытекает, в частности, что законы, формулируемые в рамках теории и относящиеся по существу не к эмпирически данной реальности, а к реальности, как она представлена идеализированным объектом, должны быть соответствующим образом конкретизированы при их применении к изучению реальной действительности.

Многообразию форм идеализации (и соответственно типов идеализированных объектов) соответствует и многообразие видов теории. В теории описательного типа, решающей гл.о. задачи описания и упорядочения обычно весьма обширного эмпирического материала, построение идеализированного объекта фактически сводится к вычленению исходной схемы понятий. В современных математизированных теориях идеализированный объект выступает обычно в виде математической модели или совокупности таких моделей. В дедуктивных теоретических системах построение идеализированного объекта по существу совпадает с построением исходного теоретического базиса.

Процесс развертывания содержания теории предполагает максимальное выявление возможностей, заложенных в исходных посылках теории, в структуре ее идеализированного объекта. В частности, в теориях, использующих математический формализм, развертывание содержания предполагает формальные операции со знаками математизированного языка, выражающего те или иные параметры объекта. В теориях, в которых математический формализм не применяется или недостаточно развит, на первый план выдвигаются рассуждения, опирающиеся на анализ содержания исходных посылок теории, на мысленный эксперимент с идеализированными объектами. Наряду с этим развертывание теории предполагает построение новых уровней и слоев содержания теории на основе конкретизации теоретического знания о реальном предмете. Это связано с включением в состав теории новых допущений, с построением более содержательных идеализированных объектов. В итоге конкретизация исходной теории приводит ее к развитию в систему взаимосвязанных теорий, объединяемых лежащим в их основании идеализированным объектом.

Этот процесс постоянно стимулируется необходимостью охвата в рамках и на основе исходных положений теории многообразия эмпирического материала, относящегося к предмету теории, развитие теории не есть поэтому только имманентное логическое движение теоретической мысли – это вместе с тем и активная переработка эмпирической информации в собственное содержание теорий, конкретизация и обогащение ее понятийного аппарата (см. Восхождение от абстрактного к конкретному). Именно это развитие содержания теории ставит определенные пределы возможной логической формализации процессов ее построения. При всей плодотворности формализации и аксиоматизации теоретического знания нельзя не учитывать, что реальный процесс конструктивного развития теории, ориентируемый задачами охвата нового эмпирического материала, не укладывается в рамки формально-дедуктивного представления о развертывании теорий. Современные представления, в частности о гипотетико-дедуктивной теории (см. также Гипотетико-дедуктивная модель), поэтому не только выходят за рамки дедукции теорем из исходных гипотетических утверждений теории, подтверждаемых или опровергаемых в результате последующей эмпирической проверки, но и предполагают обращение к процессам изменения и развития исходных теоретических гипотетически принимаемых утверждений, что стимулировало разработку методологической проблематики критериев приемлемости подобных изменений (напр., критерии прогрессивного и регрессивного сдвига проблем в методологии исследовательских программ И.Лакатоса). Соответственно при таком подходе теория уже не рассматривается как «закрытая» неподвижная система. «Единицей» методологического анализа становится последовательность («серия») теорий по мере их изменения, единство которых определяется лежащим в их основе «твердым ядром» исследовательской программы, принятие которого в общем соответствует понятию исходного идеализированного объекта в классическом «статуарном» подходе к теории.

Теория может развиваться в относительной независимости от эмпирического исследования – посредством знаково-символических операций по правилам математических или логических формализмов, посредством введения различных гипотетических допущений или теоретических моделей (особенно математических гипотез и математических моделей), а также путем мысленного эксперимента с идеализированными объектами. Подобная относительная самостоятельность теоретического исследования образует важное преимущество мышления на уровне теории, ибо дает ему богатые эвритические возможности. Но реальное функционирование и развитие теории в науке осуществляется в органическом единстве с эмпирическим исследованием. Теория выступает как реальное знание о мире только тогда, когда она получает эмпирическую интерпретацию. Современная методология науки отвергает примитивные представления об оправдании теории в духе верификационизма или, напротив, однозначного ее опровержения в духе фальсификационизма (см. Фальсификация). Однако она не отбрасывает идею оценки теории по ее объяснительно-предсказательным возможностям по отношению к эмпирии. Как подтверждение теории отдельными эмпирическими примерами не может служить безоговорочным свидетельством в ее пользу, так и противоречие теории отдельным фактам не есть достаточное основание для отказа от нее. Но подобное противоречие служит мощным стимулом совершенствования теории вплоть до пересмотра и уточнения ее исходных принципов. Решение же об окончательном отказе от теории обычно связано с общей дискредитацией фактически лежащей в ее основе программы исследования и появлением новой программы, выявляющей более широкие объяснительно-предсказательные возможности по отношению к сфере реальности, изучаемой данной теорией.

1. Лакатос И. Фальсификация и методология научно-исследовательских программ. М., 1995;

2. Мамчур Е.А. Проблема выбора теории. М., 1975;

3. Нугаев Р.М. Реконструкция процесса смены фундаментальных научных теорий. Казань, 1989;

4. Швырев В.С. Теоретическое и логическое в научном познании. М., 1978;

5. Степин В.С. Теоретическое знание. М., 2000.

Источник

Теория как форма мышления

Глава I. Теория как особая форма мышления

Читайте также

2 ГЛАВА. Понятие как форма мышления

§ 1. Понятие как форма мышления

Понятие как форма мышления и его структура

11. ФОРМА АРИЙСКОГО МЫШЛЕНИЯ

§ 1. ПОНЯТИЕ КАК ФОРМА МЫШЛЕНИЯ

§ 1. УМОЗАКЛЮЧЕНИЕ КАК ФОРМА МЫШЛЕНИЯ. ВИДЫ УМОЗАКЛЮЧЕНИЙ

3. Содержание и форма мышления

Глава I. Понятие как форма мышления

Глава I. Суждение как форма мышления

Глава I. Умозаключение как форма мышления

Глава I. Доказательство как форма мышления

Раздел VI Человек как особая форма бытия

10. Понятие как форма мышления

ЛЕКЦИЯ № 5 Понятие как форма мышления

Теории мышления

Асоцианистская теория

Теория гештальта

Теория когнитивного развития

Периферическая теория

Психоаналитическая теория мышления

Теория как форма мышления

ТЕОРИЯ