Трансгендеры: люди будущего или ошибка природы?
Кто такие трансгендеры? Какова природа нарушений половой идентификации? Является ли трансгендерность заболеванием, и можно ли выявить ее у ребенка в раннем возрасте?
Трансгендеры: кто они?
Трансгендеры — это люди, чей пол не совпадает с их внутренними психологическими ощущениями. Говоря иными словами, мужчина чувствует себя женщиной, или наоборот, и советы врачей, наряду с известными методами терапии, не могут сыграть никакой роли в разрешении такой ситуации. Несовпадение физиологического и психологического обычно проявляется у трансгендеров еще в детстве, однако в большинстве случае бывает не замечено окружающими.
В среде психиатрии трансгендерность, равно как и гомосексуализм, не принято считать болезнью или расстройством. Тем не менее, глубокий внутренний стресс, часто испытываемый такими людьми на протяжении многих лет, способен пагубно отразиться на состоянии их здоровья и на качестве жизни. Операция по коррекции пола, с последующей заменой пациентом своих документов, является для многих трансгендеров оптимальным выходом из гнетущих их обстоятельств.
Трансгендерность и сексуальная ориентация
Вопреки расхожему мнению, спектр сексуальных ориентаций у трансгендеров не ограничен. Мужчины и женщины с трансгендерной идентификацией, в разных случаях, могут быть сексуально ориентированы как на людей противоположного пола, так и на тех, чья половая принадлежность совпадает с их собственной. При этом лишь часть трансгендеров являются бисексуалами.
Какова природа трансгендерности?
Результаты многочисленных специальных исследований проблемы трансгендерности позволили ученым сделать вывод о том, что пол является врожденным качеством, и любые отклонения в этой сфере также заложены в человеке с рождения. К сожалению, профилактика и лечение такой патологии пока находятся вне компетенции медицины.
Так, по мнению президента МОО «Профессиональное объединение врачей сексологов» Е.А.Кульгавчук, трансгендерность представляет собой врожденную патологию, возникающую в период беременности и связанную с нарушением развития у плода участков мозга, отвечающих за его последующую сексуальную идентификацию.
Среди других предполагаемых причин трансгендерности, ученые называют также гормональные нарушения в организме плода в период внутриутробного развития, генетический фактор, а также влияние на психологию развития человека социальной среды в его раннем возрасте.
Можно ли выявить трансгендерность у ребенка?
В случае, если имеют место четыре и более из перечисленных симптомов, DSM-IV определяет такое явление как фактор трансгендерности.
Будущее – за трансгендерами?
Отмечающаяся в последние годы «активизация» трансгендеров, на самом деле, вовсе не означает, что представителям человечества с нормальной сексуальной ориентацией уже в недалеком будущем грозит неминуемое «вырождение». Такая тенденция, прежде всего, связана, с ростом лояльности населения планеты к людям с нарушениями половой идентификации.
Люди, испытывающие несоответствие между свои полом и его внутренним ощущением, существовали во все времена. Упоминания о трансгендерах встречаются еще в древнеегипетских исторических источниках, датируемых 15-м веком до нашей эры.
Сегодня же трансгендерные мужчины и женщины получили долгожданную возможность «выйти из подполья», и даже делают успешные шаги в освоении культурного и общественно-политического пространства. И Кончита Вурст – далеко не самый яркий пример такой успешности. Например, в региональном парламенте Испании уже много лет заседает известная актриса Карла Антонелли, в прошлом мужчина. Главным врачом американского штата Пенсильвания была недавно назначена женщина-трансгендер, а нынешняя менеджер по персоналу в администрации Президента США несколько лет назад исправила «ошибку природы», сменив свой пол с мужского на женский.
Смена пола как обыденность: скандал вокруг первой леди Франции
То ли подала первая леди Франции Брижит Макрон в суд на своих обидчиков, то ли нет. Европейская франкофонная пресса путается и путает своих читателей. Грандиозный скандал – еще на предстартовой фазе президентской гонки во Франции, который, безусловно, характеризует политическую культуру страны, что из века в век своими мыслителями определяла европейские и мировые духовные тренды.
Сейчас все проще. Оказывается, первая леди Франции родилась изначально мужчиной. Эта грязь сейчас во Франции переполняет социальные сети, а вся история говорит о явных признаках культурной деградации.
Защищаться от такого абсурда очень трудно. Обвинители мутно говорят о том, что проверили все семейные документы. Что ни о какой Брижит до подросткового возраста речи и не шло. А рос мальчик по имени Жан-Мишель Тронье. Тронье – действительно девичья фамилия Брижит Макрон. Но дальше – уже жуткое нагромождение – в расчете, что у обывателя захватит дух.
Брижит старше Эммануэля Макрона на 24,5 года. Ей сейчас – 68, ему – 44. Она была его учительницей, когда и началась страстная связь. Ему было всего 14. Значит – ошарашивают французскую публику, – это была педофильская гомосексуальная связь.
А откуда тогда у Брижит от первого брака трое детей? С Макроном общих нет. А трое детей – тайны богатых буржуазных семей, которые во Франции всегда умели создавать и хранить. Кого-то усыновили, необязательно ведь дети родные.
И вот сколь напористо об этом говорит один из главных обвинителей – директор претендующего на серьезность сетевого издания «Факты и документы» Ксавье Пуссар: «А потом еще одна проблема: никто не видел Брижит такую, какая она сейчас, до 1991 года. Как так могло оказаться, что у Елисейского дворца нет документов и людей, подтверждающих существование Брижит до 1991 года? А свидетели из списка, предложенного Елисейским дворцом, все говорят одни и те же вещи о каждом периоде жизни Брижит – явно заученные. Очевидно, что команда Елисейского дворца, прежде скрывавшая жизнь других людей, подсунула в архивы ложные бумаги, снимки, факсимиле. Так, мы нашли ложное объявление о первой свадьбе Брижит Тронье, которая якобы состоялась в 1974 году, якобы она тогда вышла замуж за банкира Андре-Луи Озьера. Очень важно, что это бумага фальшивая: она показывает весь размах операции, которую предпринял Елисейский дворец для сокрытия правды. Якобы Брижит Тронье родилась в 1953 году, а в 1974-м вышла замуж. В этой ситуации версия насчет транссексуализма, превращения таинственного «старшего брата», некоего Жана-Мишеля Тронье, в Брижит в 1991 году – это единственная рациональная гипотеза, объясняющая все попавшиеся нам несоответствия».
Это явно предвыборная чернуха, но люди уже приглядываются к вроде бы угловатым движениям Брижит Макрон, ищут следы пластики на лице, подозревают, что и волосы как-то слишком густоваты, слой косметики – тоже.
Вот как он описал эпизоды свой трансформации: «Иногда у меня возникают странные фантазии. В них я хочу отрезать свою грудь кухонным ножом, бросить ее на пол и начать топтать до тех пор, пока она не превратится в отбивную».
Понятно, что мало кто в эту чушь верит. Понятно, что все это – предвыборная чернуха. Но такова, видать, уже сегодняшняя политическая культура во Франции. Набираемся терпения и запасаемся попкорном. Первая леди Пятой Республики Брижит Макрон подает на своих обидчиков в суд.
Но есть в этой истории и опыт для России. Докатится ли и до нас с Запада, как кто-то спросил на пресс-конференции Путина, эта самая «карета ценностей», включая и столь грязную политическую культуру? Ответ президента был без иллюзий и уверенным: «Во-первых, то, что эта «карета» пойдет, неизбежно. В условиях сегодняшнего мира – с Интернетом, с современными коммуникациями – это просто неизбежно. Это так же, как и пандемия коронавирусной инфекции. И новые штаммы все появляются и появляются, и нам от этого никуда не деться. Нам нужно просто противоядие искать эффективное. Да пусть они там делают чего хотят! А бороться с этим нужно не прямыми указаниями, окриками и обвинениями, а поддержкой наших традиционных ценностей, о чем я всегда говорю».
Трудности перехода
Как не потерять пакер, испугать уролога и таможенника и не ошибиться с выбором имени: трансгендерные мужчины и женщины рассказывают о разных аспектах своей жизни – от смешных до печальных
Трансгендерные люди по-прежнему часто становятся жертвами стереотипов и фобий, возникающих в основном от незнания. В связи с этим «Такие дела» попросили транс-людей ответить на самые очевидные и в то же время неловкие вопросы. О спорах с врачами, выборе имени, принятии близких и поисках гениталий мечты на порносайтах рассказывают: Максим (37 лет, трансгендерный мужчина, пол, приписанный при рождении, — женский), Степан (28 лет, партнер Максима, трансгендерный мужчина, пол, приписанный при рождении, — женский) и Катя (36 лет, трансгендерная женщина, пол, приписанный при рождении, — мужской). Иллюстрации к этому материалу также сделали трансгендерные художники.
Гормональная терапия
Понятия «смена пола» не существует. Есть трансгендерный переход — это набор действий, которые человек предпринимает, чтобы приблизить внутреннее ощущение пола к внешнему. Переход может включать смену документов, прием гормональной терапии, изменения во внешности и одежде, одну или несколько операций на груди или гениталиях. Какой набор из этих действий выполнить, каждый решает самостоятельно. Многие начинают принимать гормональную терапию: для транс-женщин — эстроген, для транс-мужчин — тестостерон. После терапии их тела меняются, причем некоторые изменения сохраняются, даже если перестать принимать гормоны. Например, транс-мужчины могут забеременеть, если перестанут принимать тестостерон, а яичники не успели утратить свою функцию.
Степан: Из-за тестостерона появляются волосы на теле и на лице, пропадают месячные. Растут мышцы, голос становится ниже. Перераспределяется жир на теле, плечи и спина становятся шире. Нос отрастает, жир на лице тоже перераспределяется. Цвет лица меняется — становится краснее. Давление повышается. Меняется запах тела. У многих выпадают волосы на голове, у меня тоже, и я всячески с этим боролся.
Катя: На эстрогене, наоборот, становишься слабее. До перехода я занималась пауэрлифтингом, а после я, конечно, не могла столько поднять, как раньше. Рельефность мышц пропала, тело стало более плавным. Появился целлюлит! Цвет лица стал более бледным, зеленоватым, как у цисгендерных женщин. Вены на руках исчезли.
Степан: А у транс-мужчин, наоборот, вены появляются. Когда я начал переход, больше бороды и волос на теле я как раз ждал вен на руках. Подходил к зеркалу и проверял, достаточно ли они видны, и расстраивался. А потом случайно в автобусе сравнил свою руку и руку соседнего по поручню мужчины и понял, что вены у нас торчат одинаково, жутко обрадовался. Вот оно, счастье, наступило.
Максим: Когда начинаешь принимать тестостерон, вырастает маленький член. Универсального слова для этого органа нет, поэтому трансгендерные мужчины так его и называют. Есть всякие сленговые названия внутри сообщества типа «мини-член» и «наночлен».
Степан: Член начинает отрастать практически сразу, прямо с первого-второго укола. И у него бывает эрекция. Растет он где-то год, а потом перестает. Многие используют помпы и специальные тестостероновые кремы для роста — говорят, помогает. Кто-то его вообще оттягивает. Я всего этого не делал, мне и так нормально.
Максим: На тестостероне становишься спокойнее. До перехода меня часто метало во все стороны, что-то легко могло вывести из себя, обидеть. Меня это жутко расстраивало, казалось, эмоции контролируют меня, а не я их. А сейчас я осознаю их все, но они как бы не имеют такой интенсивности, как раньше. И это прекрасно.
Операции
Не существует и «операций по смене пола» — есть набор из нескольких операций на груди и гениталиях. Транс-мужчины могут делать мастэктомию (удаление молочных желез), гистерэктомию (удаление матки), овариэктомию (удаление яичников), аднексэктомию (удаление придатков матки), вагинэктомию (удаление влагалища) и фаллопластику (реконструкцию пениса). Транс-женщины могут делать пластику груди, вагинопластику или пенэктомию (удаление пениса). Что из этого выбрать, каждый человек решает сам.
Максим: Не все транс-мужчины удаляют матку и яичники. Но если есть риск онкологических заболеваний, тестостерон может их стимулировать, поэтому перед началом гормональной терапии рекомендуется пройти обследование. Мне было не принципиально, что у меня внутри, но как раз из-за онкорисков я все удалил. Большинство транс-мужчин, я в их числе, не делают фаллопластику — это сложная и дорогая операция в несколько этапов, и результат, мягко говоря, сомнительный: функционально член все равно не особо рабочий получается. Специальной помпой нужно надувать и сдувать, раз в несколько лет менять протезы. Раньше больше людей делали фаллопластику, потому что считалось, что переход должен обязательно состоять из всего набора: гормоны, мастэктомия, гениталии. Типа без этого ты не настоящий мужик. Сейчас люди более свободно подходят к вопросу.
Катя: Операцию делала в Таиланде, это стоило 10 тысяч долларов. Потом еще месяц я провела в клинике. Перед операцией мы с доктором обсуждали, как будет выглядеть моя вульва, и он сказал поискать в интернете желаемый вариант и прислать ему. Пришлось искать на порносайтах. Потом видела в своей больничной карте, как эта фотография там распечатана на листе А4, было очень смешно. Видимо, с этого и ваял. Сваял отлично, я была счастлива. В голом виде не отличишь, но главное — сохранились все ощущения. Это своего рода удача, потому что на чувствительность никто никогда не дает гарантию.
Чтобы ткани неовлагалища не заросли, нужно делать бужирование, то есть растягивать его. Сначала каждый день, сейчас, спустя полтора года, — раз в неделю. Но самое ужасное после операции в том, что месяца три надо было ходить с прокладками, пока заживают швы и мажешь всякими мазями. И это адский ад! Натирает, неудобно, все время съезжает, жуткая вещь — бедные женщины.
Единственное, что делают практически все трансгендерные люди, — меняют имя. Иногда и фамилию, и отчество, если они напоминают им о семье, где их не принимают. Большинство не называет вслух свое прошлое имя, потому что оно связано с тем гендером, с которым они себя не ассоциировали. Называть транс-человека старым именем — дэднейминг (от английского dead name — «мертвое имя») — считается некорректным. Как и говорить о человеке не в том роде, к которому он относит себя сам, — это называется мисгендеринг.
Максим: Для транс-человека каждое упоминание своего прошлого имени связано с травмой. Пример: представьте, что женщину в прошлом году изнасиловали. И каждый раз, когда вы о ней говорите, вы прибавляете фразу «изнасилованная в прошлом году»: «Лена, изнасилованная в прошлом году, пошла в магазин», «Лена, изнасилованная в прошлом году, завела собаку». Дэднейминг транс-людьми воспринимается именно так.
Катя: Мне всегда нравилось имя Катя, оно нравится мне во всех вариантах: Екатерина, Kate, Катя. Я выбрала его еще давно, когда регистрировалась на форуме кроссдрессеров. И уже до перехода внутри себя так называла.
Степан: Я выбрал себе мужское имя, поменял документы, а потом понял, что не могу ассоциировать себя с этим именем: оно мне не подходит, это не я. Я попросил всех знакомых больше не называть меня им, и какое-то время меня звали «наш безымянный друг». Потом я определился с именем Степан, снова поехал в родной город и по второму кругу поменял все документы.
Документы
Большинство транс-людей меняют документы, чтобы соответствовать своему полу и не сталкиваться с необходимостью что-то кому-то объяснять. Но некоторые не меняют.
Максим: Мы со Степаном документы меняли, и, соответственно, проблем никаких с паспортом нет. У меня вообще ощущение, что в Пулково к транс-людям уже привыкли, нас же тут много. В Москве с этим сложнее.
Одежда и косметика
Максим: До перехода мне казалось, что вся женская одежда ужасна, а мужская — стильная. А после перехода наоборот: иногда захожу в женский отдел и завидую блесткам и стразам, а иногда и покупаю себе майки с розами.
Степан: После перехода мне иногда хотелось пользоваться косметикой, есть классные тени волшебных цветов. Но куда я пойду накрашенный — меня просто побьют. Что касается недекоративной косметики типа шампуня или крема, то почему-то мне перестала подходить женская. Это печально, потому что мужские средства дороже, и выбор их сильно меньше. Недавно я стал пользоваться кремом от морщин, потому что начал замечать, что кожа портится и я старею.
Катя: Еще до перехода я втайне от жены надевала ее платья и красилась, потом начала ходить в клубы. Был период, когда я покупала жене одежду и нижнее белье, — я знала все мерки вплоть до сантиметра и всегда точно попадала в размер. Тогда, внутри зная, что я покупаю одежду жене, мне было абсолютно спокойно ходить в женские отделы. Но пойти туда уже после перехода и выбирать одежду для себя было прямо страшно — такой парадокс. Но я быстро заново привыкла. Первые два года после перехода я одевалась очень женственно, даже на пляже красилась: заходила в воду и снова красилась, и так по несколько раз в день. Потом меня отпустило, и сейчас я все больше одеваюсь просто: джинсы, тушь, иногда каблуки. Ну и волосы всегда длинные.
У транс-людей не существует каких-то общих или универсальных сексуальных практик. Как и цисгендерные (люди, у которых совпадают пол, приписанный при рождении, тело и собственное восприятие. — Прим. ТД), они занимаются сексом с людьми разных гендеров и разными способами. Трансгендерные люди могут быть любой сексуальной ориентации. Она может остаться такой же, как и до перехода, а может меняться с течением жизни.
Максим: Когда начинаешь гормональную терапию — это как второй переходный возраст. Вроде ты уже взрослый тридцатилетний человек, с опытом и умом, а начинаешь вести себя как подросток. Меня, например, все время штормило, хотелось секса со всеми, что я, в общем, и делал. После перехода я стал выглядеть вполне маскулинно (мужественно. — Прим. ТД) и презентовал себя как гей, то есть знакомился и спал с мужчинами.
Степан: А я весь «новый пубертат» просидел на одном месте, не выходя из комнаты, и это уберегло меня от многих спонтанных решений. Сначала я думал, что я гетеросексуален: мне нравились девушки, чем женственнее, тем лучше. А потом, наверное на второй год гормональной терапии, что-то начало меняться, и в моей жизни появился Максим.
Бассейн, раздевалка, туалет
Трансгендерным людям непросто посещать эти и аналогичные места, так как их тела не всегда и не полностью соответствуют общепринятым стереотипам.
Максим: Многие трансмаскулинные люди носят пакеры. Пакер — это силиконовая имитация члена, которую вставляют в трусы. Его еще называют «обманка», но мне не очень нравится это слово, как будто мы кого-то обманываем, а он не для этого. Он для психологического комфорта, потому что многие испытывают дисфорию, то есть недовольны своим телом. Он также нужен, чтобы внешне соответствовать гендерной норме. Пакер носят в бассейн, на пляж и просто под одежду.
У нас в России есть умельцы, которые делают их на дому. Можно заказать из Европы, но это дорого. Можно из Америки, там сами пакеры дешевле, но доставка еще дороже. Когда кто-то из наших едет в Америку, все заказывают ему пакеры. Там они по 10—15 долларов и самые разнообразные, а у нас они по 6—7 тысяч. Потом этот человек везет чемодан х**в, и это всегда вызывает интерес на досмотре.
Степан: С пакером могут случаться разные казусы: если белье слишком свободное, он может провалиться через штанину, перевернуться или вообще уплыть куда-то вбок. Еще когда снимаешь трусы, он иногда предательски выпрыгивает. Это вообще моя фобия — что я в кабинке туалета буду снимать трусы, а он выпадет и укатится по полу в соседнюю кабинку или за ее пределы. И что тогда делать?
Мы когда-то ходили в один бассейн с очень условными перегородками в душевых. Поначалу было очень стремно: нужно было как-то извернуться, чтобы снять трусы, надеть плавки, вставить пакер и при этом еще полотенцем прикрыться. В общем, не хватало третьей руки. А потом мы поняли, что никто не смотрит. Просто поворачиваешься задом и моешься спокойно. Вообще, у окружающих нет привычки смотреть на гениталии друг друга — среди мужчин это не принято, а то вдруг подумают, что ты гей. Это сильно облегчает положение.
Максим: Другое дело, если это компания знакомых: там могут и смотреть, и мериться письками. Среди трансмаскулинных людей это вообще отдельное развлечение, особенно если все выпили, — сравнивать результаты мастэктомии и мериться тем, что отросло.
Врачи
Максим: Я всегда хожу по врачам по ОМС, это моя принципиальная позиция. Как-то меня направили в нейрохирургию, у меня была проблема с межпозвоночным диском, и перед операцией я им сразу рассказал про свою трансгендерность. Они были очень деликатны, отвели меня в самый дальний угол и начали говорить, что во время операции может возникнуть необходимость поставить мочевой катетер, и долго мялись, как бы спросить, как у меня там все устроено. Они еще и извинялись долго. Катетер, кстати, так и не поставили — испугались, видимо. Но это скорее исключение. Как-то я пришел в кожвендиспансер. Там разные кабинеты для мужчин и женщин, и меня, разумеется, отправили в мужской — по паспорту. Я объяснил венерологу свои телесные особенности, он сказал, что ничем помочь не может, и отправил меня в женский кабинет. Я сел в женскую очередь, вышла пожилая женщина-врач и начала меня выгонять. В итоге мы вместе пошли в мужской кабинет, и там они начали друг на друга орать. Он кричал: «Как я его приму, у него вагина, а у меня нет смотровой?!» А она ему в ответ: «А у меня там женщины раздеваются, как я его приму?!» Потом до них дошло, и они хором сказали: «О, направим его к Наталье Ивановне, у нее отдельная смотровая». Вдвоем на весь коридор говорили этой Наталье Ивановне про вагину и все такое. Потом хором охали, что за 35 лет такого не видели. Конечно, и не увидят — никто к ним не пойдет, пока они так принимают.
Катя: Я как-то пришла к урологу после перехода, вся такая в юбочке, но еще до операции. Начала ему говорить, что у меня болит пенис, и подробно описывать симптомы. Он долго на меня таращился, кивал, потом сказал раздеваться. Я сняла юбку, он надел перчатки, но когда увидел мой пенис, просто потерял дар речи. Он долго переводил глаза с меня на мои гениталии и назад, пока не пришел в себя.
Окружающие люди
Один из самых чувствительных аспектов транс-опыта — это отношение общества, близких и незнакомых людей. Стереотипы относительно мужской и женской роли транс-люди ощущают на себе даже сильнее, чем цисгендерные. Они также сталкиваются с сексизмом, различными формами сексуальных домогательств и насилия.
Катя: Я всегда знала, что мы живем в мужском мире, но после перехода столкнулась с этим лично. При том что я живу открыто как транс-женщина, мне кажется, что я огребаю процентов 20 из того, что приходится терпеть цисгендерным женщинам. Однажды я шла поздно вечером с работы, остановилась машина, из нее вылез огромный мужик и начал лезть ко мне. Все обошлось, но меня где-то год трясло после этого.
Я до сих пор работаю там же, где и до перехода, и прямо на собственной шкуре ощутила контраст — настолько поменялось отношение. Даже при том, что у нас в компании гендерные стереотипы не в почете. То коллега не дает себя перебивать — мол, раз я женщина, должна сидеть и молча кивать. То идею сложнее продвигать — раньше достаточно было одного разговора, и мне говорили, мол, верю в тебя, дерзай. А сейчас то и дело слышу: «А ты все взвесила?», «А у тебя достаточно данных?», «Мне нужно подумать». Мои мозги не изменились, но стало сложнее. Отношение женщин тоже поменялось. До перехода, когда я презентовала проект и хотела конструктивной критики, женская часть коллег в основном кивала и соглашалась, добиться от них хоть слова поперек было невозможно. Сейчас они воспринимают меня как равную себе и легче включаются в обсуждение.
Максим: Мужской мир теперь на моей стороне. По работе мне часто приходится общаться с чиновниками и разными незнакомыми людьми, чтобы продвигать свои идеи или о чем-то с ними договариваться. И так как я выгляжу как «настоящий мужик», мужчины относятся ко мне серьезно, а женщины уважительно. Язык у меня хорошо подвешен, и в итоге я почти всегда добиваюсь своего. Я прекрасно осознаю свои привилегии как мужчины и осознанно ими пользуюсь для дела. Хотя, конечно, это сексизм, и да, я против него.
Катя: Я начала переход три года назад, на тот момент у меня была жена, девятилетний сын и годовалая дочь. Сын воспринял нормально. После моего перехода мы расстались с женой и я живу отдельно, но постоянно приезжаю к детям. Сын скучает по мне, и для него скорее это расстройство, нежели мой переход. Младшая, ей четыре, еще не особо понимает. Она знает, что есть мама и есть Катя и что Катя — это что-то родное. В процессе перехода, когда я уже выглядела женственно, сын часто на автомате называл меня папой. Потом я поговорила с ним, и мы решили, что на публике он будет называть меня Катей, чтобы не шокировать людей.
Максим: Как-то мы со Степаном поехали в гости к его родственникам, и вышло забавно. Несмотря на то что он с бородой и выглядит маскулинно, они по-прежнему называют его старым именем и обращаются к нему в женском роде. А тут я, крупный бородатый мужик. С одной стороны, если они воспринимают его как женщину, то должны были быть рады, что он привел в дом мужика. С другой — они видят, что перед ними сидят двое мужчин и они пара. Бедные, они никак не могли выбрать между гомофобией и трансфобией, обе вещи такие привлекательные.
Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.
Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.
Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.
Еще больше важных новостей и хороших текстов от нас и наших коллег — в телеграм-канале «Таких дел». Подписывайтесь!
Вы можете им помочь
Помогаем
Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.
Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.
Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.
На Ваш почтовый ящик отправлено сообщение, содержащее ссылку для подтверждения правильности адреса. Пожалуйста, перейдите по ссылке для завершения подписки.
Если письмо не пришло в течение 15 минут, проверьте папку «Спам». Если письмо вдруг попало в эту папку, откройте письмо, нажмите кнопку «Не спам» и перейдите по ссылке подтверждения. Если же письма нет и в папке «Спам», попробуйте подписаться ещё раз. Возможно, вы ошиблись при вводе адреса.
Исключительные права на фото- и иные материалы принадлежат авторам. Любое размещение материалов на сторонних ресурсах необходимо согласовывать с правообладателями.
По всем вопросам обращайтесь на mne@nuzhnapomosh.ru
Нашли опечатку? Выделите слово и нажмите Ctrl+Enter
Нашли опечатку? Выделите слово и нажмите Ctrl+Enter
Благотворительный фонд помощи социально-незащищенным гражданам «Нужна помощь»
Адрес: 119270, г. Москва, Лужнецкая набережная, д. 2/4, стр. 16, помещение 405
ИНН: 9710001171
КПП: 770401001
ОГРН: 1157700014053
р/с 40703810701270000111
в ТОЧКА ПАО БАНКА «ФК ОТКРЫТИЕ»
к/с 30101810845250000999
БИК 044525999
Благотворительного фонда помощи социально-незащищенным гражданам «Нужна помощь» в отношении обработки персональных данных и сведения о реализуемых требованиях к защите персональных данных
